06Окт 2020

О правовом регулировании в Республике Беларусь предупреждения экономической несостоятельности (банкротства)

Каменков В.С.

Актуальность настоящей статьи повышена в связи с тем, что в ней комплексно освещены все существующие пути и методы предупреждения экономической несостоятельности и банкротства, а также существующие проблемы их правового регулирования.


Следует тоже учитывать, что уже несколько последних лет идет интенсивная, но пока не очень результативная работа по совершенствованию отечественного законодательства о банкротстве.


Речь идет, в первую очередь, о Законе Республике Беларусь от 13.07.2012 № 415-З «Об экономической несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Не менее важным обстоятельством, повышающим злободневность исследуемой проблемы, является и большое количество неплатежеспособных организаций в нашей стране дел, а также дел о банкротстве, рассматриваемых экономическими судами.

Общее количество дел об экономической несостоятельности (банкротстве), находящихся в производстве экономических судов по состоянию на 01.07.2020, составило 1680 дел, из которых о банкротстве организаций частной формы собственности – 1481 дело (88,15 % от общего количества)1.

А общее количество дел об экономической несостоятельности (банкротстве), находящихся в производстве экономических судов по состоянию на 01.01.2020, составило 1883 дела, из которых о банкротстве организаций частной формы собственности – 1677 дел (88,8 % от общего количества)2.

Понятно, что такая статистика не может никого успокаивать.

Системный взгляд на Закон о банкротстве показывает, что он регулирует вопросы предупреждения экономической несостоятельности и банкротства явно недостаточно. Проанализируем существующие правовые нормы на эту тему.

Во-первых, в статье 2 Закона о банкротстве указывается, что им регулируются порядок и условия осуществления мер по предупреждению экономической несостоятельности (банкротства) и иные связанные с этим отношения. То есть в этой статье фактически только названы группы общественных отношений, регулируемых Законом о банкротстве. Одна из таких групп – отношения по предупреждению экономической несостоятельности (банкротства).

Во-вторых, орган государственного управления по делам об экономической несостоятельности (банкротстве), то есть Министерство экономики Республики Беларусь (далее – Минэкономики) и его Департамент по санации и банкротству, в пределах своей компетенции проводит государственную политику по предупреждению экономической несостоятельности (банкротства) (ст. 14 Закона о банкротстве).

Посмотреть на приемы и методы проведения такой государственной политики можно, в частности, с помощью:

компетенции Минэкономики, которая отражена в Положении о Министерстве экономики Республики Беларусь, утвержденном постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 29.07.2006 № 967 «Отдельные вопросы Министерства экономики Республики Беларусь».

К сожалению, среди основных направлений деятельности Минэкономики есть только такое и единственное общее направление, как обеспечение функционирования института экономической несостоятельности (банкротства). А вот направления или функции по координации работы республиканских органов государственного управления и иных государственных организаций по вопросам предупреждения экономической несостоятельности (банкротства) нет. Хотя схожие функции по иным вопросам записаны в Положении Минэкономики.

На наш взгляд, отсутствие координации является существенным упущением в организации и проведении государственной политики по предупреждению экономической несостоятельности (банкротства). В частности, координация с такими государственными органами, как Министерство по налогам и сборам Республики Беларусь, а также Министерством финансов Республики Беларусь по вопросам сомнительной дебиторской задолженности (сомнительных долгов) позволили бы выработать новые критерии для оценки и предупреждения неплатежеспособности (банкротства). Кстати, координация, о которой мы говорим здесь, помогла бы совершенствовать и правовое регулирование сомнительного долга, в чем есть необходимость.

Напомним, что сомнительным долгом в Беларуси признается дебиторская задолженность, возникшая в результате реализации продукции, товаров, выполнения работ, оказания услуг, которая не погашена в срок, установленный договором или законодательством (если срок не установлен – в течение 12 месяцев с даты возникновения дебиторской задолженности), и не обеспечена соответствующими гарантиями (Инструкция по бухгалтерскому учету доходов и расходов, утвержденная постановлением Министерства финансов Республики Беларусь от 30.09.2011 № 102 «Об утверждении Инструкции по бухгалтерскому учету доходов и расходов и признании утратившими силу некоторых постановлений Министерства финансов Республики Беларусь и их отдельных структурных элементов»);

комплекса мероприятий по предупреждению экономической несостоятельности (банкротства) и проведению процедур экономической несостоятельности (банкротства), утвержденного постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 04.09.2013 № 785 (далее – Комплекс мероприятий).

Как видим, этот правовой акт действует уже седьмой год и последний раз к нему возвращались четыре с лишним года назад с целью его совершенствования. Представляется, что не лишним будет ежегодно анализировать его выполнение и вносить соответствующие коррективы. Пассивность в предупреждении банкротства не может дать других результатов, кроме отрицательных.

На что, по нашему мнению, следует обратить внимание?

В первом же пункте Комплекса мероприятий указано, что Минэкономики должно на постоянной основе производить оценку финансового состояния и платежеспособности государственных организаций, выявлять среди них же неплатежеспособных.

Известно, что такой мониторинг проводится уже достаточно долго.

Возникает вопрос: почему оценивается финансовое состояние и платежеспособность только государственных организаций? Ответов можно получить большое количество: потому что государство не имеет права вмешиваться в частные дела, мониторинг стоит денег, функция предупреждения несостоятельности и банкротства лежит на собственнике и т.д.

Все ответы формально будут правильными, если не учитывать неформальных оттенков. А нюансы есть.

Первый, обратим внимание на форму собственности тех организаций, которые признаются экономическими судами несостоятельными и банкротами. Из приведенной выше официальной статистики видно, что в их числе организации частной собственности составляют абсолютное большинство. Поэтому «частники» должны быть не меньше заинтересованы в предупреждении своей несостоятельности и банкротства, а значит и в мониторинге.

Второй, проанализируем, несет ли государство какие-либо расходы в процедуре признания частных компаний несостоятельными и банкротами. Да, государство несет значительные расходы на содержание самих экономических судов, рассматривающих дела о банкротстве, на проведение возможных экспертиз, на все банкротные процедуры, вплоть до ликвидации банкротов-частников.

Третий, граждане какого государства работают в частных организациях, признаваемых несостоятельными и банкротами. Здесь ответ ясен заранее – граждане нашего белорусского государства, ради которых мы вместе строим не только правовое, но и социальное государство, несущее необходимые социальные расходы, а также наши налогоплательщики.

Поэтому у государства есть необходимые, в том числе конституционные, права на разумное правовое регулирование этих проблем.

Четвертый, что нам мешает создать фонд для накопления необходимых средств для оплаты расходов по процедурам предупреждения и проведения процедур несостоятельности и банкротства частных организаций? Пополнять этот фонд могут и должны как сами частные компании, так и государство. Отвечу, практически ничего.

Пятый, почему мы не устанавливаем законодательно обязанность собственника, учредителя, участника вести такой же мониторинг финансового состояния и платежеспособности частных компаний?

Подобных нюансов можно набрать большое количество практически по каждому пункту Комплекса мероприятий. Конечно, одномоментно такие вопросы не решить, нужны большие финансовые, организационные, людские и иные ресурсы. Поэтому и нужна программа на несколько лет. Но если не делать ничего годами, то ожидать сокращения банкротов не следует.

В-третьих, Закон о банкротстве (ст. 16) установил, что при государственных органах создаются и действуют комиссии по предупреждению экономической несостоятельности (банкротства), определил их цели и состав.

В свое время эти комиссии по предупреждению банкротства сыграли позитивную роль. Но теперь ничего не слышно об их деятельности. Настало время определиться и публично освещать всю или определенную часть настоящих комиссий с целью стимулирования их важных роли и задач. Возможно, стоит расширить их функции, например, передав на их рассмотрение состояние мер по предупреждению несостоятельности и банкротства в соответствующей организации, регионе или в целом по стране по итогам конкретного календарного периода. Наделить эти комиссии полномочиями по оценке комплекса мер по предупреждению несостоятельности и банкротства, которые обязаны принимать конкретные руководители организаций, собственники имущества унитарного предприятия, учредители (участники) юридического лица, индивидуальные предприниматели, государственные органы в пределах своей компетенции.

В статье 16 Закона о банкротстве установлено, что одной из основных целей данных комиссий является разработка и внесение в государственный орган предложений о принятии мер по досудебному оздоровлению. В масштабах регионов страны, а также отраслей экономики давно пора проанализировать, поступают ли такие предложения, их характер и реагирование на них государственных органов. Иными словами, пора показать действенность комиссий по предупреждению банкротства.

В-четвертых, Закон о банкротстве (ст. 17) определил специальные меры по предупреждению экономической несостоятельности (банкротства).

Но редакция самой статьи 17 Закона о банкротстве не совсем удачна. Она, с одной стороны, императивно установила обязанность руководителей организаций, собственников имущества унитарного предприятия, учредителей (участников) юридического лица, индивидуальных предпринимателей, государственных органов в пределах своей компетенции своевременно принимать меры по предупреждению экономической несостоятельности (банкротства), а также для проведения досудебного оздоровления осуществлять меры по улучшению финансового состояния юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, создавать условия для их стабильной и эффективной хозяйственной (экономической) деятельности. И это правильно.

Но, с другой стороны, эта же статья 17 Закона о банкротстве указывает только, что лица не обязаны, но могут:

  • изменять структуру и состав органов управления юридических лиц и иных организаций;

  • взыскивать дебиторскую задолженность;

  • привлекать инвестиции;

  • содействовать достижению соглашений юридических лиц и индивидуальных предпринимателей с кредиторами о реструктуризации их кредиторской задолженности, в том числе путем предоставления необходимых гарантий;

  • реорганизовывать юридические лица и т.д.

Здесь же, наоборот, нужна была правовая формула, обязывающая перечисленных лиц при наличии оснований выполнять указанные в законе мероприятия.

Более того, получается так, что отдельные правовые нормы Закона о банкротстве в каком-то смысле противоречат правовым нормам кодифицированных нормативных правовых актов.

Например, в ст. 17 Закона о банкротстве называется только право руководителей организаций, собственников имущества унитарного предприятия, учредителей (участников) юридического лица, индивидуальных предпринимателей взыскивать дебиторскую задолженность. А в Гражданском кодексе Республики Беларусь (далее – ГК) говорится об обязанности взыскивать дебиторскую задолженность:

  • ликвидационная комиссия (ликвидатор) принимает все возможные меры к выявлению кредиторов и получению дебиторской задолженности. В свою очередь, ликвидационную комиссию обязан создать собственник имущества (учредители, участники) либо орган юридического лица, уполномоченный учредительными документами, принявшие решение о ликвидации юридического лица (ст. 58 ГК).

Кроме того, в Законе о банкротстве, либо в иных законодательных актах нужно было продолжить (раскрыть, конкретизировать) эту правовую идею, обязывающую определенный круг полномочных лиц:

  • принимать меры по предупреждению несостоятельности и банкротства;
  • изменять структуру и состав органов управления юридических лиц и иных организаций;
  • взыскивать дебиторскую задолженность;
  • привлекать инвестиции;
  • содействовать достижению соглашений юридических лиц и индивидуальных предпринимателей с кредиторами о реструктуризации их кредиторской задолженности, в том числе путем предоставления необходимых гарантий;
  • реорганизовывать юридические лица и т.д.

Ведь до настоящего времени в действующих законодательных актах нет даже определения понятия «дебиторская задолженность», отсутствует правовое регулирование и методические разработки по управлению дебиторской задолженностью, неполно урегулированы вопросы по сомнительному долгу и т.д.

В-пятых, в каком-то окаменевшем состоянии находятся правовые нормы статьи 19 Закона о банкротстве. Законодателем они предусматривались в качестве возможных стимулирующих рычагов, которые ограничивают размер ответственности по обязательным платежам в период принятия мер по предупреждению банкротства и способствуют досудебному оздоровлению. Однако отсутствие аналитических материалов о практике применения этих правовых норм не дает возможности судить об их эффективности или необходимости их совершенствования.

Между тем стоит признать, а может и зафиксировать в новом законе о банкротстве, что наличие эффективного анализа базовых критериев несостоятельности (банкротства) у должника, его кредиторов, собственника и иных заинтересованных лиц является существенной предпосылкой предупреждения несостоятельности и банкротства.

В-шестых, статья 125 Закона о банкротстве, казалось бы, устанавливает высокую планку требований для продления срока санации на пять лет: должно быть подано в экономический суд ходатайство государственного органа, согласованное с Советом Министров Республики Беларусь, к которому прикладывается обоснование, в том числе экономическое, необходимости продления срока санации, а также заключение комиссии по предупреждению экономической несостоятельности (банкротства) по плану санации.

На практике такие требования приводят к тому, что до уровня Правительства страны редко кто доходит с подобными ходатайствами. Нередко конкретные дела о банкротстве, по которым была объявлена санация, заканчиваются ликвидацией должника, что приводит к еще большим убыткам для должника, кредиторов и государства.

Поэтому целесообразно определить уровень государственного органа или собственника для подобного согласования в зависимости от формы собственности должника, его значимости для экономики региона, отрасли, государства.

Представляется, что, возможно, следует поменять местами формы правовых актов в данном случае: от государственного органа или собственника – заключение, от комиссии по предупреждению несостоятельности и банкротства – согласование.

В-седьмых, на наш взгляд, реальное и эффективное предупреждение несостоятельности и банкротства в новом законе о банкротстве следует поставить во главу угла, то есть сделать его стимулирующим фактором для получения должником соответствующих преференций со стороны кредиторов, банков, государства и иных инвесторов, для упрощения и (или) сокращения отдельных сложных банкротных процедур, для снижения ответственности, наступления иных негативных последствий и т.п.

Частично указанные вопросы могут быть решены с помощью новых, в том числе цифровых, технологий. Исследователи проблематики антикризисного управления и предупреждения несостоятельности правильно отмечают, что до сих пор применяются устаревшие методики определения степени риска возможного банкротства для должника. Государственный орган по делам о банкротстве, а также собственник должника и иные заинтересованные лица в рамках формально-количественного подхода нередко получают информацию о проблемах в деятельности должника чересчур поздно, т.е. когда уже трудно принять эффективные корректирующие меры.

Поэтому существующие и ожидаемые объективные экономические процессы требуют от Правительства страны, Министерства экономики Республики Беларусь, иных государственных органов, а также собственников и иных заинтересованных лиц перехода от последующего контроля в секторе несостоятельности к пруденциальному (предварительному) контролю.

«В настоящее время в мировой практике в данной сфере применяются следующие категории технологий:

  1. RegTech (Regulatory Technology) – цифровые технологии, используемые коммерческими организациями в целях автоматизации процессов выполнения требований регулирующих органов в определенной сфере и управления собственными рисками;
  2. SupTech (Supervision technology) – технологии, аналогичные по смыслу RegTech, но используемые уже со стороны регулирующих органов, автоматизирующие контрольно-надзорные мероприятия и обеспечивающие возможность мониторинга данных в режиме реального времени или приближенного к нему»3.

В-восьмых, с целью повышения эффективности разработок по законодательному регулированию эффективного предупреждения несостоятельности и банкротства следует активно привлечь экономическую и юридическую науку. В частности, следует изучить опыт других государств, научные исследования, практику применения по этим вопросам и трансформировать его на национальном уровне.

Так, в Российской Федерации для руководителя должника в статье о мерах по предупреждению несостоятельности и банкротству организаций Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» прописана обязанность в случае возникновения признаков банкротства, установленных Законом, включить сведения о наличии таких обстоятельств в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц, а также в разумный срок предпринять все зависящие от него разумные необходимые меры, направленные на предупреждение банкротства должника.

Руководитель должника и иные его органы, а также учредители (участники) должника и иные контролирующие должника лица со дня, когда они узнали или должны были узнать о наличии указанных обстоятельств, обязаны действовать с учетом интересов кредиторов, в частности не допускать действия (бездействие), которые могут заведомо ухудшить финансовое положение должника.

Приведенные в настоящей статье меры, по нашему мнению, могут оказать действенную помощь в реальном предупреждении несостоятельности и банкротства в Республике Беларусь.

______________________________

1 Справка по делам об экономической несостоятельности (банкротстве), находящимся в производстве экономических судов в период с 01.06.2020 по 01.07.2020 // Режим доступа: http://www.court.gov.by/ru/online-help/bankr_inf/5ae91e33e4144cee.html. Дата доступа: 06.08.2020 г.

2 Справка по делам о банкротстве с 01.12.2019 по 01.01.2020 // Режим доступа: https://jurist.by/statia/opublikovana-spravka-po-delam-o-bankrotstve-s-01122019-po-01012020-jur. Дата доступа: 06.08.2020 г.

3 Присяжнюк Я. М. Цифровые технологии предупреждения банкротства кредитных организаций // Предпринимательское право. 2019. № 3. С. 56–60.


Материал подготовлен с использованием нормативных правовых актов по состоянию на 17 августа 2020 г.



Пожалуйста, поверните свое устройство в горизонтальное положение.
Заказать
звонок