|
Официальная правовая информация |
РЕШЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНОГО АРБИТРАЖНОГО СУДА ПРИ БЕЛОРУССКОЙ ТОРГОВО-ПРОМЫШЛЕННОЙ ПАЛАТЕ
24 февраля 2017 г. (дело № 1585/47-16)
Международный арбитражный суд при БелТПП, рассмотрев в помещении суда (ул. Коммунистическая, 11, комн. 320, г. Минск, Республика Беларусь, зал судебных заседаний) в заседаниях, которые состоялись 13 октября и 14 ноября 2016 года, дело № 1585/47-16 по иску акционерного общества «А» (Республика Беларусь) к обществу с ограниченной ответственностью «В» (Республика Узбекистан) о взыскании 379 765,00 российских рублей,
УСТАНОВИЛ:
Позиции сторон спора
В исковом заявлении указывается, что 8 сентября 2015 года акционерное общество «Б» и общество с ограниченной ответственностью «B» (далее именуемое – ответчик) заключили контракт (далее именуемый – Контракт), в соответствии с пунктом 1.1 которого акционерное общество «Б» приняло на себя обязательство передать в собственность ответчика продукцию – заливщик швов ЗШ-4 с термокопьем стоимостью 740 000,00 российских рублей.
Во исполнение пункта 3.1 Контракта ответчик осуществил предварительную оплату продукции в размере 50 % ее стоимости, перечислив акционерному обществу «Б» 14 сентября 2015 года денежные средства в сумме 370 000,00 российских рублей, что подтверждается платежным ордером от 14 сентября 2015 года.
Из искового заявления следует, что 15 сентября 2015 года акционерное общество «Б» согласно товарно-транспортной накладной передало продукцию на сумму 740 000,00 российских рублей перевозчику на основании выданной ответчиком 11 сентября 2015 года доверенности на перевозку груза.
Акционерное общество «Б» утверждало, что, исполняя свои гарантийные обязательства, направило ответчику посредством почтовой связи, что подтверждается таможенной декларацией и инвойсом, клапан к заливщику швов ЗШ-4 для замены по устранению выявленных в протоколе от 7 октября 2015 года недостатков. Акт на замену клапана ответчиком предоставлен не был, но поступило письмо, в котором сообщалось о расходах ответчика по устранению неполадок продукции и об указанной в дефектном акте уменьшающей сумме долга, равной 101 250,00 российских рублей, однако документальное подтверждение отсутствовало.
В исковом заявлении указывается также, что ответчиком в адрес акционерного общества «Б» были направлены гарантийные письма с указанием сроков погашения долга. 13 мая 2016 года ответчик перечислил денежные средства в сумме 50 000,00 российских рублей, что подтверждается платежным ордером от 13 мая 2016 года.
По утверждению акционерного общества «Б», ответчик в нарушение положений дополнительного соглашения № 3 к Контракту полностью не оплатил оставшуюся половину стоимости продукции в течение 180 дней по факту поставки, то есть не позднее 13 марта 2016 года.
Согласно расчету акционерного общества «Б», по состоянию на дату составления искового заявления сумма основного долга ответчика по Контракту составила 320 000,00 (370 000,00 – 50 000,00) российских рублей.
Поскольку пунктом 5.3 Контракта в случае просрочки оплаты продукции предусмотрена уплата ответчиком пени в размере 0,15 % от суммы задолженности за каждый день просрочки, но не более 10 % от суммы неисполненных обязательств, в исковом заявлении содержится требование о взыскании с ответчика пени в сумме 32 000,00 российских рублей.
Кроме того, из искового заявления следует, что во исполнение положений пункта 3.4 дополнительного соглашения № 1 к Контракту акционерное общество «Б» направило специалиста для ввода в эксплуатацию и обучения по эксплуатации заливщика швов ЗШ-4, командировочные расходы которого ответчик обязался оплатить.
Поскольку, как утверждает акционерное общество «Б», оплата осуществлена не была, в исковом заявлении было заявлено требование о взыскании с ответчика командировочных расходов специалиста в сумме 27 765,00 российских рублей.
Общая сумма исковых требований составила 379 765,00 (320 000,00 + 32 000,00 + 27 765,00) российских рублей.
В качестве правового обоснования исковых требований названы статьи 290, 291, 311, 366 и 367 Гражданского кодекса Республики Беларусь.
Истец просил также возместить уплаченный им при обращении в Международный арбитражный суд при БелТПП арбитражный сбор.
Ответчик, получив исковое заявление с приложенными к нему материалами 21 июля 2016 года, что подтверждается почтовым уведомлением от 14 июля 2016 года (находится в материалах дела), ответ на исковое заявление не представил.
Компетенция Международного арбитражного суда при БелТПП
Пунктом 7.2 Контракта предусмотрено, что «стороны обязуются принимать все меры к урегулированию возникших разногласий».
В пункте 7.3 Контракта содержится положение о том, что «все споры и разногласия, которые могут возникнуть из настоящего контракта или в связи с ним и которые не могут быть урегулированы сторонами путем направления претензий, подлежат рассмотрению в Международном арбитражном суде при БелТПП. Решение данного суда является окончательным и обязательным для обеих сторон, обжалованию не подлежит».
Согласно пункту 7.6 Контракта языком судебного разбирательства является русский язык.
При этом, как указывается в пункте 7.7 Контракта, «до обращения в суд с иском по спорам, связанным с исполнением настоящего контракта, предъявление претензии (письменного предложения о добровольном урегулировании спора) обязательно. Срок ответа на претензию – 15 (пятнадцать) календарных дней с даты ее получения другой стороной)».
В письме от 30 ноября 2015 года акционерное общество «Б» обратилось к ответчику с просьбой осуществить окончательный расчет за поставленную по Контракту продукцию, оплатить командировочные расходы в размере 27 765,00 российских рублей, а также указало, что в случае непоступления денежных средств в срок до 4 декабря 2015 года будет вынуждено обратиться «в Международный арбитражный суд для принуждения к исполнению Вас к исполнению условий контракта с уплатой в нашу пользу пени за пользование денежными средствами».
Кроме того, акционерное общество «Б» направило ответчику претензию от 17 декабря 2015 года с требованием об уплате основного долга по Контракту в сумме 370 000,00 российских рублей, пени в сумме 43 290,00 российских рублей и командировочных расходов в сумме 27 765, указав, что в случае невыполнения ответчиком данных требований будет вынуждено «обратиться в Международный арбитражный суд при БелТПП для взыскания основной суммы по контракту и суммы неустойки с отнесением судебных расходов на Вашу сторону».
Отвечая на данную претензию, ответчик в письме от 21 декабря 2015 года отметил, что акционерным обществом «Б» при начислении пени не учтена сумма предварительной оплаты в размере 370 000,00 российских рублей, а также установленное пунктом 5.3 Контракта ограничение суммы пени, которая не должна превышать 10 % от суммы невыполненных обязательств.
Ответчик, ссылаясь на протокол по устранению дефектов продукции от 7 октября 2015 года, выразил надежду на решение спорного вопроса по обоюдному согласию и отметил, что уменьшающая сумма по дефектному акту составляет 101 250,00 российских рублей.
Кроме того, ответчик обязался оплатить акционерному обществу «Б» с учетом ранее осуществленной предварительной оплаты в размере 370 000,00 российских рублей задолженность в сумме 296 515,00 российских рублей, из которых 27 765,00 российских рублей – командировочные расходы.
В письмах от 9 января 2016 года и от 17 февраля 2016 года ответчик сообщил о наличии финансовых трудностей и о том, что оплата 296 515,00 российских рублей будет осуществлена соответственно до 31 января 2016 года и до 31 мая 2016 года.
Поскольку возникший спор сторонам не удалось разрешить в досудебном (арбитражном) порядке, истец направил исковое заявление в Международный арбитражный суд при БелТПП.
В части второй статьи 4 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года «О международном арбитражном (третейском) суде» указывается, что в международный арбитражный суд по соглашению сторон могут передаваться гражданско-правовые споры между любыми субъектами права, возникающие, в частности, при осуществлении внешнеторговых и иных видов международных экономических связей, если местонахождение или местожительство хотя бы одного из них находится за границей Республики Беларусь.
В соответствии со статьей 4 Регламента Международный арбитражный суд при БелТПП вправе рассмотреть дело при наличии арбитражного соглашения.
Согласно статье 11 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года «О международном арбитражном (третейском) суде» и статье 4 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП арбитражным соглашением является соглашение сторон о передаче на рассмотрение международного арбитражного суда всех или отдельных споров, которые возникли или могут возникнуть из связывающего стороны правоотношения, которое может быть заключено в виде арбитражной оговорки (отдельного положения гражданско-правового договора) или в виде самостоятельного договора.
При этом в соответствии со статьей 11 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года «О международном арбитражном (третейском) суде» и статьей 4 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП требование о соблюдении письменной формы считается выполненным, если, в частности, арбитражное соглашение содержится в документе, подписанном обеими сторонами.
Таким образом, пункт 7.3 Контракта представляет собой арбитражное соглашение в виде арбитражной оговорки, которое содержит договоренность сторон о передаче споров, возникающих из Контракта или в связи с ним, и которые не могут быть урегулированы сторонами путем направления претензий на разрешение Международного арбитражного суда при БелТПП.
На основании вышеизложенного состав суда считает себя компетентным для разрешения данного спора.
Применимое право
Поскольку коммерческие предприятия истца и ответчика находятся в государствах, являющихся участниками Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров (г. Вена, 1980 года) (далее именуемая – Венская конвенция), в Контракте отсутствуют положения, исключающие применение Венской конвенции в целом или ее отдельных положений, а согласно статье 6 Гражданского кодекса Республики Беларусь нормы гражданского права, содержащиеся в международных договорах Республики Беларусь, вступивших в силу, являются частью действующего на территории Республики Беларусь гражданского законодательства и подлежат непосредственному применению; к отношениям сторон по Контракту применяются положения данной Конвенции.
При определении подлежащего субсидиарному применению национального права состав суда руководствовался следующими правовыми нормами.
В соответствии с частью первой статьи 36 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года «О международном арбитражном (третейском) суде» и пунктом 1 статьи 38 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП состав суда разрешает спор в соответствии с правом, которое стороны избрали в качестве применимого к существу спора. Любое указание на право или систему права какого-либо государства должно толковаться как непосредственная отсылка к материальному праву этого государства, а не к его коллизионным нормам.
Согласно пункту 5.1 Контракта «за неисполнение или ненадлежащее исполнение условий договора стороны несут ответственность в соответствии с Соглашением о торговых отношениях между Республикой Беларусь и Республикой Узбекистан 14.12.1994, а также Конвенций ООН о договорах международной купли-продажи товаров».
Во всем остальном, что не предусмотрено Контрактом, в его пункте 7.1 стороны договорились руководствоваться действующим законодательством Республики Беларусь.
В пункте 7.5 Контракта содержится соглашение сторон об избрании права Республики Беларусь в качестве применимого права.
Таким образом, при разрешении возникшего между сторонами спора применяется Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров (г. Вена, 1980 год), а субсидиарно – гражданское право Республики Беларусь.
В соответствии со статьей 12 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года «О международном арбитражном (третейском) суде», если стороны предусмотрели в арбитражном соглашении передачу спора на рассмотрение постоянно действующего арбитражного суда, то таким образом при отсутствии соглашения сторон об ином они согласовали и порядок рассмотрения спора в соответствии с арбитражным регламентом.
Следовательно, процессуальные правила рассмотрения спора определяются Регламентом Международного арбитражного суда при БелТПП.
Производство по делу
8 июля 2016 года Председатель Международного арбитражного суда при БелТПП вынес определение о принятии данного дела к производству за № 1585/47-16.
В соответствии со статьей 5 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП количественный состав суда определяется соглашением сторон, а при отсутствии такого соглашения включает трех арбитров.
В связи с отсутствием соглашения сторон о количественном составе суда спор был разрешен коллегиальным составом суда, состоящим из трех арбитров.
Во исполнение содержащейся в исковом заявлении просьбы 8 июля 2016 года Председатель Международного арбитражного суда при БелТПП назначил основного и запасного арбитров со стороны истца.
Поскольку ответчик в срок, установленный статьей 24 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП, предложений о кандидатурах основного и запасного арбитров со своей стороны не представил, 26 августа 2016 года Председатель Международного арбитражного суда при БелТПП назначил основного и запасного арбитров за ответчика.
Определением от 26 августа 2016 года арбитры избрали основного и запасного председателя состава суда.
В судебное заседании 13 октября 2016 года явилась представитель акционерного общества «А», действующая на основании доверенности от 5 октября 2016 года (копия находится в материалах дела).
Ответчик, получив уведомление о времени и месте проведения данного судебного заседания 7 сентября 2016 года, что подтверждается почтовым уведомлением от 31 августа 2016 года (находится в материалах дела), явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил.
Представитель акционерного общества «А» поддержала поступившее в Международный арбитражный суд при БелТПП 30 сентября 2016 года и направленное ответчику заявление о замене стороны по делу от 27 сентября 2016 года: вместо акционерного общества «Б» на акционерное общество «А».
Представитель акционерного общества «А» пояснила, что после возбуждения данного дела акционерное общество «Б» прекратило свою деятельность в связи с присоединением к акционерному обществу «А» в качестве филиала с 1 сентября 2016 года. Правопреемником по всем имущественным правам и обязанностям реорганизованного акционерного общества «Б» является акционерное общество «А».
Состав суда установил, что реорганизация акционерного общества «А» в форме присоединения к нему акционерного общества «Б» подтверждается договором о присоединении акционерного общества «Б» к акционерному обществу «А» от 28 июля 2016 года, приказом акционерного общества «А» «О создании филиала» от 1 сентября 2016 года, выпиской из Единого государственного регистра юридических лиц, содержащей информацию о прекращении деятельности акционерного общества «Б» в результате реорганизации, выписками из протоколов внеочередного совместного общего собрания акционеров акционерного общества «Б» и акционерного общества «А» от 30 августа 2016 года и внеочередного общего собрания акционеров акционерного общества «А» от 15 марта 2016 года, Уставом акционерного общества «А».
На основании вышеизложенного состав суда определил осуществить замену истца: вместо акционерного общества «Б» – на акционерное общество «А».
В связи с необходимостью уведомления ответчика о состоявшейся замене стороны рассмотрение дела было отложено на 14 ноября 2016 года.
В судебное заседание 14 ноября 2016 года явилась представитель акционерного общества «А», действующая на основании доверенности от 5 октября 2016 года (копия находится в материалах дела).
Ответчик, получив уведомление о времени и месте проведения данного судебного заседания 26 октября 2016 года, что подтверждается почтовым уведомлением от 17 октября 2016 года (находится в материалах дела), явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил.
Представитель истца заявила ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие надлежащим образом уведомленного, но не явившегося ответчика.
Удовлетворяя ходатайство представителя истца, состав суда руководствовался статьей 33 Закона Республики Беларусь «О международном арбитражном (третейском) суде» и статьей 32 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП, в соответствии с которыми уклонение ответчика от представления письменных возражений против иска и обосновывающих эти возражения документов, а также неявка без уважительных причин любой стороны или ее представителя, если они были надлежащим образом извещены или считаются извещенными о времени и месте разбирательства дела, не препятствует рассмотрению спора и разрешению его по существу на основе имеющихся доказательств.
Представитель истца поддержала исковые требования в полном объеме.
По ходатайству представителя истца в данном судебном заседании дал пояснения по техническим вопросам эксплуатации продукции в качестве специалиста начальник конструкторского отдела филиала акционерного общества «А».
В данном судебном заседании рассмотрение спора по существу было завершено.
Обоснование решения
Заслушав пояснения представителя истца, исследовав имеющиеся в деле письменные доказательства, состав суда считает установленным следующее.
8 сентября 2015 года акционерное общество «Б» и ответчик действительно заключили Контракт (копия находится в материалах дела), согласно пунктам 1.1 и 1.2 которого акционерное общество «Б» обязалось поставить ответчику продукцию – заливщик швов ЗШ-4 с термокопьем на условиях FCA белорусский город согласно Инкотермс 2010. Ответчик должен был принять и оплатить продукцию.
В пункте 2.1 Контракта указывается, что цена за единицу продукции на основании протокола согласования цен № 1 к Контракту составляет 740 000,00 российских рублей.
Общая сумма Контракта была установлена в пункте 2.2 Контракта в сумме 740 000,00 российских рублей.
В качестве валюты платежа в пункте 2.3 Контракта стороны согласовали российские рубли.
В пункте 3.1 Контракта содержится, в частности, положение о том, что расчеты за продукцию осуществляются ответчиком путем перечисления 50 % предварительной оплаты в течение пяти банковских дней после подписания акционерным обществом «Б» Контракта. Окончательный расчет производится по факту поставки продукции в течение десяти рабочих дней.
Однако 30 сентября 2015 года стороны заключили дополнительное соглашение к Контракту, в котором договорились о том, что окончательный расчет осуществляется ответчиком по факту поставки продукции в течение 180 календарных дней.
Ответчик осуществил предварительную оплату продукции в сумме 370 000,00 российских рублей, составляющую 50 % стоимости продукции, что подтверждается платежным ордером от 14 сентября 2015 года.
Пунктом 3.2 Контракта предусмотрено обязательство акционерного общества «Б» поставить ответчику продукцию в течение десяти рабочих дней после получения 50 % предварительной оплаты.
Поставка ответчику продукции по Контракту на сумму 740 000,00 российских рублей подтверждается товарно-транспортной накладной от 15 сентября 2015 года, содержащей отметку о передаче продукции S. на основании выданной ответчиком 11 сентября 2015 года доверенности.
13 мая 2016 года ответчик перечислил истцу денежные средства в сумме 50 000,00 российских рублей, что подтверждается платежным ордером от 13 мая 2016 года.
Таким образом, окончательный расчет за продукцию в размере 50 % ее стоимости, что составляет 370 000,00 российских рублей, произведен ответчиком лишь частично, в сумме 50 000,00 российских рублей.
Соответственно, сумма основного долга ответчика по Контракту составила 320 000,00 (370 000,00 – 50 000,00) российских рублей.
В письмах от 21 декабря 2015 года, от 9 января 2016 года и от 17 февраля 2016 года ответчик признал наличие задолженности по Контракту в сумме 296 515,00 российских рублей, из которых 27 765,00 российских рублей – командировочные расходы.
При этом, как отмечалось ранее, в письме от 21 декабря 2015 года ответчик ссылался на протокол по устранению дефектов продукции от 7 октября 2015 года и указал, что уменьшающая сумма по дефектному акту составляет 101 250,00 российских рублей.
Истцом представлены в материалы дела копии протокола от 7 октября 2015 года и дефектного акта от 9 января 2016 года.
В протоколе от 7 октября 2015 года, подписанном представителем акционерного общества «Б» и генеральным директором ответчика, были указаны следующие недостатки:
– разогрев герметика при окружающей температуре +30 °С происходит более трех часов при заявленном времени не более 2 часов;
– при температуре герметика в баке 190 градусов на выходе из термокопья составляет 160 градусов;
– низкое давление в системе подачи герметика;
– быстрое падение температуры в баке в течение 10–20 минут.
Истец заявил о том, что протокол со стороны акционерным обществом «Б» был подписан неуполномоченным на то лицом, поскольку представитель акционерного общества «Б» был направлен в командировку для цели обучения персонала ответчика правилам эксплуатации заливщика ЗШ-4 в соответствии с дополнительным соглашением от 29 сентября 2015 года № 1 к Контракту.
Комментируя перечисленные в протоколе от 7 октября 2015 года недостатки, истец отметил следующее.
В эксплуатационной документации на заливщик швов ЗШ-4 нет заявленного времени разогрева «не более 2 часов». Основным документом, устанавливающим технические характеристики изделия, являются технические условия «ТУ ВУ 100135303.029-2006 Заливщик швов ЗШ-4», в которых указано, что время разогрева до рабочей температуры составляет не более 2,5 часа. Данное время является максимальным при условии соблюдения всех требований, приведенных в руководстве по эксплуатации «ЗШ-4.ОО.ОО.ОООРЭ». Превышение указанного времени возможно, например, при несвоевременном включении мешалки либо при несоблюдении требований к циркуляции мастики. Полноценная циркуляция мастики невозможна при неисправности битумного насоса либо какой-нибудь из его частей, например предохранительного клапана. Неизвестно также, является ли применяемая мастика аналогом тех материалов, которые допустимы к применению согласно руководству по эксплуатации.
Понижение температуры, в принципе, неизбежно при подаче мастики из бака через трубопроводы, шланг и подающую удочку, т.к. в процессе работы шланг и удочка находятся на открытом воздухе и не имеют собственного подогрева. Для того, чтобы минимизировать потери температуры рабочего материала, руководством по эксплуатации предусмотрена необходимость постоянной циркуляции мастики из бака через трубопроводы, шланг и удочку обратно в бак. Данную процедуру необходимо осуществлять постоянно даже при минимальных перерывах в работе (более трех минут). Понижение температуры от 190 до 160 градусов не является критическим при условии сохранения текучести мастики, т.е. если мастика продолжает поступать из подающей удочки.
Основным элементом системы подачи является битумный насос. Он создает необходимое давление в системе. Максимально значение давления определяется настройкой предохранительного клапана, а также его работоспособностью в принципе. Причин недостаточного давления в системе может быть несколько, и все они связаны с предохранительным клапаном битумного насоса: либо сбилась настройка предохранительного клапана, либо клапан засорен, либо он вышел из строя. Соответственно, необходимо либо произвести настройку клапана, либо промыть клапан, либо клапан заменить.
Заявление ответчика о том, что имеет место быстрое падение температуры в баке в течение 10–20 минут, лишено конкретики и не позволяет понять, при каких условиях происходит описанное падение температуры. Например, если это наблюдается сразу после включения мешалки либо сразу после включения циркуляции, то это нормально, т.к. при этом активно смешиваются части мастики с различной температурой. Датчик температуры мастики на данном заливщике расположен в зоне, близкой к стенке, которая граничит с емкостью с термомаслом. Возле стенки мастика имеет наибольшую температуру. При перемешивании к стенкам поступает мастика из центральной части бака, имеющая более низкую температуру. При этом указатель температуры фиксирует понижение ее значения.
Вместе с тем акционерное общество «Б», изучив изложенные в протоколе недостатки, во исполнение своих гарантийных обязательств направило ответчику посредством почтовой связи клапан к заливщику швов ЗШ-4, что подтверждается таможенной декларацией и инвойсом.
В дефектном акте от 9 января 2016 года ответчик сообщил истцу о следующих недостатках продукции:
– температура нагрева мастики не превышает 60 °С;
– температура нагрева термомасла не превышает 100 °С;
– трубопроводы и битумный насос недостаточно прогреваются, что способствует невозможности подачи мастики по трубопроводам;
– не работает свеча накаливания, постоянно перегорает контрольная спираль;
– при включении гидромоторов привода битумного насоса отсутствует вращение вала, возможно, неисправен насос, подающий масло;
– подача мастики до удочки практически отсутствует, приходится часто демонтировать предохранительный клапан.
В отношении данных недостатков истец отметил следующее.
В процессе разогрева температура мастики стремится к значению температуры термомасла, то есть оно разогревается быстрее мастики, так как непосредственно через стальную стенку контактирует с камерой сгорания. Например, если выключить горелку, то температура материалов будет выравниваться: мастика будет продолжать нагреваться, а термомасло начнет остывать. Причиной того, что термомасло не может набрать температуру выше 100 °С, может быть лишь то, что термомасло по каким-то причинам потеряло свои свойства (например, вследствие добавления в бак для термомасла посторонних жидкостей, отличных по характеристикам от термомасла). В любом случае при указанных температурах ни при каких иных условиях невозможны ни перемешивание мастики, ни циркуляция ее, т.к. мастика не примет жидкое состояние.
При условии соблюдения всех требований, изложенных в руководстве по эксплуатации, трубопроводы и битумный насос прогреваются в степени, достаточной для работы. В начале работы трубопроводы и насос должны прогреться лишь до температуры, достаточной для того, чтобы при включении циркуляции мастика в трубопроводах не застыла сразу. Далее нагрев трубопроводов происходит непосредственно от самой мастики.
Постоянное перегорание контрольной спирали и свечи накаливания возможно при несоблюдении требований по ее эксплуатации. Контрольная спираль является частью покупного изделия, дизельной горелки ПЖД-600 производства предприятия ШША3. Данное изделие считается весьма качественным и устанавливается на технику, в том числе военного назначения.
Указание ответчика на то, что при включении гидромоторов привода битумного насоса отсутствует вращение вала, возможно неисправен насос, подающий масло, полностью противоречит пунктам, где указано на неполную или частичную работоспособность заливщика. Если отсутствует вращение битумного насоса, то ни циркуляция, ни подача мастики в трубопроводы невозможна в принципе.
Неисправность, связанная с подачей мастики до удочки, возможна по причине конструктивных особенностей предохранительного клапана битумного насоса СО-194. Например, если вместе с мастикой в бак попадают посторонние предметы (мелкие камни), то они при попадании по каналам в предохранительный клапан могут стать причиной того, что клапан не будет полностью закрываться. Как следствие – падение давления в системе подачи вплоть до полного отсутствия подачи мастики. Устранение – методом промывки клапана, для чего его необходимо демонтировать.
Каких-либо возражений в отношении заявленных к нему исковых требований по данному делу, позиции в отношении качества поставленной продукции ответчик в Международный арбитражный суд при БелТПП не представил.
Проанализировав данные обстоятельства дел, состав суда пришел к выводу об отсутствии доказательств поставки истцом ответчику продукции ненадлежащего качества, а раз так, то и наличия оснований, освобождающих ответчика от обязанности оплатить поставленный ему товар в полном объеме.
В соответствии со статьей 53 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров покупатель обязан уплатить цену за товар и принять поставку товара в соответствии с требованиями договора и данной Конвенции.
Согласно статье 59 названной Конвенции покупатель обязан уплатить цену в день, который установлен или может быть определен согласно договору и Конвенции, без необходимости какого-либо запроса или выполнения каких-либо формальностей со стороны продавца.
Статья 62 данной Конвенции предоставляет продавцу право потребовать от покупателя уплаты цены, принятия поставки или исполнения им других обязательств, если только продавец не прибег к средству правовой защиты, не совместимому с таким требованием.
Учитывая то обстоятельство, что в части суммы основного долга ответчика по Контракту в размере 320 000,00 российских рублей истец не прибег к иному средству правовой защиты, состав суда считает обоснованным и подлежащим удовлетворению требование истца о взыскании с ответчика основного долга по Контракту в названной сумме.
Рассматривая требование истца о взыскании с ответчика договорной неустойки, состав суда исходит из следующего.
Венская конвенция не содержит регламентации взыскания неустойки. В этой связи состав суда рассматривает данное требование истца на основании субсидиарно применимого гражданского права Республики Беларусь.
Согласно статье 311 Гражданского кодекса Республики Беларусь неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законодательством или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.
В силу статьи 312 Гражданского кодекса Республики Беларусь соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.
Пункт 5.3 Контракта содержит положение о том, что в случае несвоевременного исполнения сторонами своих обязательств по Договору, виновная сторона уплачивает пеню в размере 0,15 % от суммы неплатежа или не отгружаемой в срок продукции за каждый день просрочки, но не более 10 % от суммы невыполненных обязательств.
Согласно дополнительному соглашению от 30 сентября 2015 года к Контракту окончательный расчет ответчик должен был осуществить по факту поставки продукции, имевшей место 15 сентября 2015 года, в течение 180 календарных дней, то есть не позднее 14 марта 2016 года, с учетом того обстоятельства, что 180-й день пришелся на выходной день.
Сумма пени за просрочку в оплате продукции в сумме 370 000,00 российских рублей за период с 15 марта 2016 года по 13 мая 2016 года (дата перечисления ответчиком денежных средств в сумме 50 000,00 российских рублей) в количестве 60 дней составила 33 300,00 (370 000,00 х 0,15 % х 60) российских рублей.
Сумма пени за просрочку в оплате продукции в сумме 320 000,00 (370 000,00 – 50 000,00) российских рублей за период с 14 мая 2016 года по 23 июня 2016 года (дата, указанная в исковом заявлении) в количестве 41 дня составила 19 680,00 (320 000,00 х 0,15 % х 41) российских рублей.
Общая сумма пени равна 52 980,00 (33 300,00 + 19 680,00) российских рублей.
Вместе с тем, с учетом предусмотренного пунктом 5.3 Контракта ограничения, сумма пени не может превышать 10 % от суммы невыполненных обязательств, то есть 32 000,00 (320 000,00 х 10 %) российских рублей.
Таким образом, состав суда считает обоснованным и подлежащим удовлетворению требование истца о взыскании с ответчика предусмотренной пунктом 5.3 Контракта пени в сумме 32 000,00 российских рублей.
Рассматривая требование истца о взыскании с ответчика командировочных расходов своего сотрудника в сумме 27 765,00 российских рублей, состав суда руководствовался следующим.
Согласно дополнительному соглашению от 29 сентября 2015 года к Контракту акционерное общество «Б» направило в командировку специалиста для ввода в эксплуатацию и обучения по эксплуатации заливщика швов ЗШ-4 – слесаря механосборочных работ 4-го разряда, что подтверждается приказом от 30 сентября 2015 года и командировочным удостоверением от 1 октября 2015 года.
Обязательство ответчика возместить истцу данные расходы в сумме 27 765,00 российских рублей зафиксировано в дополнительном соглашении от 29 сентября 2015 года к Контракту.
Ответчик обязался оплатить акционерному обществу «Б» командировочные расходы в сумме 27 765,00 российских рублей в письмах от 9 января 2016 года и от 17 февраля 2016 года.
Согласно статье 290 Гражданского кодекса Республики Беларусь обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями законодательства, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычно предъявляемыми требованиями.
Таким образом, состав суда считает обоснованным и подлежащим удовлетворению требование истца о взыскании с ответчика расходов истца в сумме 27 765,00 российских рублей.
В соответствии с пунктом 1 статьи 59 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП стороне, в пользу которой вынесено решение, состав суда присуждает с другой стороны все понесенные ею необходимые расходы по делу.
Поскольку иск удовлетворен в полном объеме, также полностью подлежит возмещению уплаченный истцом арбитражный сбор в сумме 854,48 евро, включая НДС в размере 20 %.
Руководствуясь статьей 24 Закона Республики Беларусь «О международном арбитражном (третейском) суде», а также статьей 13 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП, состав суда обеспечил сторонам равные возможности для защиты своих прав.
Однако ответчик не воспользовался этой возможностью и не представил составу суда ни своих объяснений по заявленным к нему требованиям, ни каких-либо доказательств по делу.
На основании вышеизложенного, в соответствии со статьями 53, 59 и 62 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров (г. Вена, 1980 год), статьями 290, 311 и 312 Гражданского кодекса Республики Беларусь, статьями 3, 5, 11, 12, 15, 16, 17, 24, 30, 33, 36 и 40 Закона Республики Беларусь «О международном арбитражном (третейском) суде», а также статьями 2, 4, 13, 28, 38, 40, 59 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП состав суда
РЕШИЛ:
Иск удовлетворить.
Взыскать в пользу акционерного общества «А» (Республика Беларусь) с общества с ограниченной ответственностью «B» (Республика Узбекистан) основной долг в сумме 320 000,00 российских рублей, неустойку в сумме 32 000,00 российских рублей, расходы в сумме 27 765,00 российских рублей, а всего 379 765,00 (триста семьдесят девять тысяч семьсот шестьдесят пять) российских рублей и расходы по уплате арбитражного сбора в сумме 854,48 (восемьсот пятьдесят четыре и сорок восемь сотых) евро.
Срок добровольного исполнения настоящего решения – 5 (пять) дней с момента его получения ответчиком.