|
Официальная правовая информация |
РЕШЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНОГО АРБИТРАЖНОГО СУДА ПРИ БЕЛОРУССКОЙ ТОРГОВО-ПРОМЫШЛЕННОЙ ПАЛАТЕ
21 апреля 2016 г. (дело № 1486/58-15)
Международный арбитражный суд при БелТПП, рассмотрев в помещении суда (ул. Коммунистическая, 11, комн. 320, зал судебных заседаний) в заседаниях, которые состоялись 12 октября и 22 октября 2015 года, дело № 1486/58-15 по иску акционерного общества «А» (Республика Беларусь) к акционерному обществу «В» (Литовская Республика) о взыскании 24 812,55 евро,
УСТАНОВИЛ:
Позиции сторон спора
В исковом заявлении от 8 июля 2015 года акционерное общество «А» (далее именуемое – истец) указало, что 30 мая 2014 года заключило с акционерным обществом «В» (далее именуемым – ответчик), контракт (далее именуемый – Контракт), согласно которому истец как продавец обязался поставить ответчику как покупателю продукцию (метанол технический), а ответчик обязался принять и оплатить продукцию.
Согласно Дополнительному соглашению от 17 июня 2014 года № 2 к Контракту истец обязался поставить ответчику в июле 2014 года 2 000 тонн +/–10 % метанола.
По утверждению истца, фактическая отгрузка в июле составила 300,510 тонны. Ответчик письмом от 14 июля 2014 года уведомил о приостановке приемки продукции. Невыборка составила 1 699,490 тонны (2 000 тонн – 300,510 тонны).
В соответствии с пунктом 6 Контракта в случае отказа ответчика (при отсутствии письменного подтверждения изменения объемов поставок обоими контрагентами) от покупки согласованных в дополнительном соглашении объемов метанола, ответчик уплачивает истцу штраф в размере 5 % от стоимости количества метанола, определенного дополнительным соглашением.
Поскольку, по мнению истца, ответчик договорные условия не исполнил надлежащим образом, с него должен быть взыскан штраф за отказ от покупки согласованной партии продукции на сумму 24 812,55 евро исходя из следующего расчета:
1 699,490 тонны (количество невыбранной в срок продукции) х 292 евро (стоимость одной метрической тонны продукции) = 496 251,08 евро (стоимость невыбранной в срок продукции);
496 251,08 евро (стоимость невыбранной в срок продукции) х 5 % (установленный пунктом 6 Контракта размер штрафа) = 24 812,55 евро (предусмотренная пунктом 6 Контракта сумма штрафа).
Указанную сумму штрафа в соответствии со статьями 290, 291, 295 и 311 Гражданского кодекса Республики Беларусь истец требует взыскать с ответчика.
Истец просил отнести на ответчика и расходы по уплате арбитражного сбора в связи с обращением с исковым заявлением в Международный арбитражный суд при БелТПП.
В исковом заявлении указывается, что в ответ на претензию истца от 29 июля 2014 года с требованием уплаты штрафа по Контракту на сумму 24 812,55 евро, ответчик в письме от 6 августа 2014 года сообщил о наличии форс-мажорных обстоятельств и обязался предоставить их документальное подтверждение. В письме от 20 августа 2014 года ответчик повторно уведомил истца о наличии форс-мажорных обстоятельств, препятствующих исполнению Контракта, а в ходе дальнейшей переписки представил Сертификат Торгово-промышленной палаты Украины о форс-мажорных обстоятельствах от 27 августа 2014 года.
В данном Сертификате указывается, что «в связи с проведением антитеррористической операции и повреждением железнодорожных мостов и путей на железнодорожной инфраструктуре, на станции Н.Южной железной дороги отсутствует возможность принять метанол технический».
22 декабря 2014 года в адрес истца было направлено письмо, в котором ответчик повторно сослался на вышеуказанный Сертификат о форс-мажорных обстоятельствах и, как следствие, на невозможность исполнения Контракта по причине непредвиденных обстоятельств, а также срыв договорных отношений между ответчиком и иными организациями.
Истец не согласился с приведенными ответчиком доводами по нижеперечисленным причинам.
Вышеуказанный Сертификат о форс-мажорных обстоятельствах свидетельствует о невозможности исполнения обязательств, возникших между обществом с ограниченной ответственностью «Т» и компанией «S Limited» по контракту от 20 мая 2014 года, но не содержит прямых выводов о невозможности исполнения Контракта и не распространяет свое действие на взаимоотношения сторон.
Истец указал, что заключению Контракта предшествовала процедура проведения торгов на конкурентной основе. До заключения Контракта ответчик мог и должен был предполагать о наступлении обстоятельств, повлекших невозможность исполнения Контракта.
По мнению истца, обстоятельства, указанные ответчиком в качестве форс-мажорных, не могут быть признаны таковыми ввиду отсутствия главного признака – непредвиденности.
30 сентября 2015 года в Международный арбитражный суд при БелТПП поступил ответ на исковое заявление, датированный 18 сентября 2015 года, в котором ответчик подтвердил заключение сторонами Контракта купли-продажи метанола технического для целей вывоза из Республики Беларусь в подвижном составе истца.
Ответчик отметил, что согласно пункту 3 Контракта объемы поставок по Контракту сторонами согласовываются в дополнительных соглашениях. Отгрузка должна быть осуществлена по согласованному графику в соответствии с транспортной инструкцией ответчика, переданной по электронной почте или факсу. По согласованию сторон срок поставки может быть продлен на весь период действия Контракта.
Пунктом 5 Контракта предусмотрено, что цена на поставку товара согласовывается в дополнительных соглашениях. Ответчик осуществляет 100 % предварительную оплату с зачислением денежных средств на расчетный счет истца за согласованное к отгрузке количество метанола как минимум за один день до начала отгрузки в соответствии с инвойсом, переданным по электронной почте или факсу. Отгрузка осуществляется при условии зачисления денежных средств за согласованное к отгрузке количество товара в полном объеме на расчетный счет истца. Валюта платежа – евро.
Ответчик указал, что впоследствии сторонами были последовательно подписаны Дополнительное соглашение от 30 мая 2014 года № 1 к Контракту и Дополнительное соглашение от 17 июня 2014 года № 2 к Контракту, которыми были изменены количество поставляемого товара, а также его цена.
Дополнительным соглашением от 17 июня 2014 года № 2 к Контракту было предусмотрено, что в июле 2014 года истец поставит ответчику 2 000 мт +/–10 % метанола по цене 292 евро за одну кубическую тонну.
По мнению ответчика, Дополнительным соглашением от 17 июня 2014 года № 2 к Контракту сторонами согласована поставка метанола в объеме не менее 1 800 мт на сумму 525 600,00 евро.
7 июля 2014 года на основании инвойса, а также 10 июля 2014 года на основании инвойса ответчику было отгружено в совокупности 300,510 мт метанола на сумму 87 748,92 евро. Указанный объем метанола был оплачен в полном объеме.
Письмом от 14 июля 2014 года ответчиком в адрес истца направлено уведомление о приостановлении отгрузки товара на основании письма начальника станции Н. (Украина) от 14 июля 2014 года. В ответ на претензию истца от 29 июля 2014 года ответчик направил ответ от 6 августа 2014 года о предоставлении обоснования обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор), повлиявших на невозможность дальнейших отгрузок товара. Впоследствии ответчиком в адрес истца был представлен Сертификат Украинской Торгово-промышленной палаты о форс-мажорных обстоятельствах от 27 августа 2014 года в месте приемки товара, отгруженного истцом, конечным покупателем.
Ответчик представил следующие возражения против заявленных исковых требований.
1. Ответчик не согласен с порядком расчета истцом неустойки в виде штрафа, который осуществлен исходя из подлежащего поставке метанола в количестве 2 000 метрических тонн товара. Действительно, в Дополнительном соглашении № 2 от 17 июня 2014 года к Контракту стороны согласовали, что в июле 2014 года истец поставит ответчику 2 000 мт +/–10 % метанола по цене 292 евро за одну кубическую тонну.
Таким образом, по мнению ответчика, стороны установили, что ответчик обязан осуществить покупку метанола в объеме не менее 1 800 мт на сумму 525 600,00 евро с правом возможного увеличения количества товара до 2 200 мт. При отсутствии согласования сторонами точного количества поставляемого товара, а также установлении предельного минимального объема поставок, размер ответственности должен исчисляться из количества метанола 1 800 мт, уменьшенного на количество фактически отгруженного товара 300,510 мт (1 499,49 мт).
Ответчик полагает, что с учетом изложенного требование истца подлежат корректировке.
2. По мнению ответчика, сославшегося на статью 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь и постановление Президиума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 8 августа 2002 года № 24 «О некоторых вопросах применения хозяйственными судами статьи 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь», заявленная истцом неустойка является явно несоразмерной последствиям нарушения обязательства.
2.1. Пунктом 6 Контракта предусмотрен чрезвычайно высокий процент неустойки (5 %), который явно не соразмерен последствиям нарушения обязательства и не соответствует принятой в рассматриваемом регионе коммерческой практике установления и взыскания неустойки.
Ответчик отметил, что истец не заявил и не подтвердил доказательствами наличия негативных последствий (в том числе убытков), связанных с неисполнением ответчиком обязательств по приемке товара. Ответчик же добросовестно принял на себя все расходы, возникшие в связи с указанными обстоятельствами, включая оплату транспортных и накладных расходов по возврату и очистке подвижного состава.
При этом ответчик не имеет задолженности перед истцом по основному долгу и иных неисполненных обязательств.
2.2. Ответчик просил учесть, что причины неисполнения Контракта в части отказа в покупке согласованных объемов метанола связаны обстоятельствами непреодолимой силы (вооруженный конфликт), имевшими место и продолжающимися в Украине, и отказом конечного потребителя метанола в принятии товара в согласованном объеме.
С момента заключения Контракта истец был осведомлен о целях его заключения и последующей реализации товара в адрес конечного потребителя, что подтверждается грузосопроводительными документами. Следование товара осуществлялось железнодорожным транспортом.
В результате возникновения форс-мажорных обстоятельств в зоне отгрузки, о наличии которых свидетельствует Сертификат Торгово-промышленной палаты Украины от 27 августа 2014 года и о которых заблаговременно был уведомлен истец, исполнение договорных обязательств одним из субъектов цепочки поставок, конечным покупателем стало невозможным.
По мнению ответчика, причины, повлекшие нарушение исполнения обязательств по Контракту, находились вне его контроля.
При этом ответчик, действуя разумно и добросовестно, попытался предпринять все возможные действия, направленные на недопущение нарушения условий Контракта.
2.3. Ссылаясь на пункт 5 постановления Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 27 мая 2011 года № 7 «О судебном решении», ответчик указал, что с момента возникновения спорной ситуации предпринимал все возможные действия, направленные на минимизацию последствий неисполнения принятого на себя обязательства, не уклонялся от осуществления досудебного порядка урегулирования спора, своевременно отвечал на претензии и письма истца, а также предлагал варианты разрешения спора, которые остались без внимания истца.
На основании вышеизложенного ответчик просил обязать истца уточнить исковые требования в связи с ошибочным расчетом неустойки и отказать истцу в удовлетворении исковых требований.
Компетенция Международного арбитражного суда при БелТПП
Согласно разделу 9 Контракта «все споры и разногласия, которые могут возникнуть при выполнении обязательств по данному контракту, разрешаются в претензионном порядке. Сторона, получившая претензию, обязана в течение 5 дней отправить ответ. При отсутствии возможности урегулировать спор по исполнению обязательств, он подлежит рассмотрению в Международном арбитражном суде при Торгово-промышленной палате Республики Беларусь в соответствии с его регламентом. Применимое право – материальное право Республики Беларусь. Решение суда является окончательным и обязательным для обеих сторон».
О соблюдении претензионного порядка разрешения споров свидетельствуют ранее упомянутые претензия истца от 29 июля 2014 года, содержащая требование об уплате штрафа по Контракту на сумму 24 812,55 евро, письма ответчика от 6 августа 2014 года, от 20 августа 2014 года, от 22 декабря 2014 года.
Кроме того, в адрес ответчика были направлены предарбитражное уведомление от 27 января 2015 года и письмо от 6 марта 2015 года, однако требование об оплате штрафных санкций ответчиком не было выполнено.
Поскольку возникший спор сторонам не удалось разрешить в досудебном (арбитражном) порядке, истец направил исковое заявление в Международный арбитражный суд при БелТПП.
В соответствии с частью второй статьи 4 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года «О международном арбитражном (третейском) суде» в международный арбитражный суд по соглашению сторон могут передаваться гражданско-правовые споры между любыми субъектами права, возникающие, в частности, при осуществлении внешнеторговых и иных видов международных экономических связей, если местонахождение или местожительство хотя бы одного из них находится за границей Республики Беларусь.
В соответствии со статьей 4 Регламента Международный арбитражный суд при БелТПП вправе рассмотреть дело при наличии арбитражного соглашения.
Согласно статье 11 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года «О международном арбитражном (третейском) суде» и статье 4 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП арбитражным соглашением является соглашение сторон о передаче на рассмотрение международного арбитражного суда всех или отдельных споров, которые возникли или могут возникнуть из связывающего стороны правоотношения, которое может быть заключено в виде арбитражной оговорки (отдельного положения гражданско-правового договора) или в виде самостоятельного договора.
При этом в соответствии со статьей 11 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года «О международном арбитражном (третейском) суде» и статьей 4 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП требование о соблюдении письменной формы считается выполненным, если, в частности, арбитражное соглашение содержится в документе, подписанном обеими сторонами.
Раздел 9 Контракта представляет собой арбитражную оговорку, предусматривающую разрешение споров, которые могут возникнуть при выполнении обязательств по Контракту, «в Международном арбитражном суде при Торгово-промышленной палате Республики Беларусь».
При этом допущенная в арбитражной оговорке неточность в наименовании не влияет на подсудность спора Международному арбитражному суду при БелТПП, поскольку на территории Республики Беларусь действует единственная торгово-промышленная палата, именуемая «Белорусская торгово-промышленная палата», при которой учрежден также единственный Международный арбитражный суд при БелТПП.
Таким образом, состав суда считает себя компетентным рассматривать возникший между сторонами спор.
Применимое право
Поскольку коммерческие предприятия истца и ответчика находятся в государствах, являющихся участниками Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров (г. Вена, 1980 год), данная Конвенция применяется к отношениям сторон Контракта.
Согласно части первой статьи 36 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года «О международном арбитражном (третейском) суде» и пункту 1 статьи 38 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП состав суда разрешает спор в соответствии с правом, которое стороны избрали в качестве применимого к существу спора. Любое указание на право или систему права какого-либо государства должно толковаться как непосредственная отсылка к материальному праву этого государства, а не к его коллизионным нормам.
В разделе 9 Контракта стороны избрали в качестве применимого права «материальное право Республики Беларусь».
Таким образом, при разрешении возникшего между сторонами спора состав суда руководствовался положениями Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров (г. Вена, 1980 год) (далее именуемая – Венская конвенция), а субсидиарно – гражданским правом Республики Беларусь.
В соответствии со статьей 12 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года «О международном арбитражном (третейском) суде», если стороны предусмотрели в арбитражном соглашении передачу спора на рассмотрение постоянно действующего арбитражного суда, то таким образом при отсутствии соглашения сторон об ином они согласовали и порядок рассмотрения спора в соответствии с арбитражным регламентом.
Как указывалось ранее, соглашение сторон о рассмотрении спора в соответствии с Регламентом «Международного арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Республики Беларусь» содержится в разделе 9 Контракта.
Следовательно, процессуальные правила рассмотрения спора определяются Регламентом Международного арбитражного суда при БелТПП.
Производство по делу
17 июля 2015 года Председатель Международного арбитражного суда при БелТПП вынес определение о принятии данного дела к производству за № 1486/58-15.
В соответствии со статьей 5 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП количественный состав суда определяется соглашением сторон, а при отсутствии такого соглашения включает трех арбитров.
В исковом заявлении истец предложил рассмотреть спор единоличным арбитром, указал кандидатуру основного единоличного арбитра, а запасного единоличного арбитра просил назначить по усмотрению состава суда.
Ответчик в своем письме от 28 августа 2015 года дал свое согласие на разрешение спора основным единоличным арбитром и согласился с предложенной истцом кандидатурой основного единоличного арбитра и просил избрать запасного единоличного арбитра.
Исходя из указанного и базируясь на статье 5 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП, спор по настоящему делу был рассмотрен единоличным арбитром.
В судебном заседании 12 октября 2015 года интересы истца представляли ведущий юрисконсульт юридического отдела, действующий на основании доверенности от 9 апреля 2015 года (находится в материалах дела), и юрисконсульт, действующий на основании доверенности от 6 января 2015 года (находится в материалах дела).
Интересы ответчика представлял юрист, действующий на основании доверенности от 17 сентября 2015 года (копия находится в материалах дела).
По ходатайству представителя ответчика к участию в судебном заседании был допущен сотрудник ответчика, предъявивший для удостоверения своей личности паспорт.
В судебном заседании истец в полном объеме поддержал свои исковые требования, ответчик изложил позицию, отраженную в ответе на исковое заявление.
Представитель ответчика заявил ходатайство об отложении рассмотрения дела для проведения сторонами переговоров о возможности заключения мирового соглашения.
Состав суда определил удовлетворить данное ходатайство и назначил проведение второго судебного заседания на 22 октября 2015 года.
В судебное заседание 22 октября 2015 года явились представитель истца и представитель ответчика.
По ходатайству представителя ответчика к участию в судебном заседании была допущена сотрудник ответчика, предъявившая для удостоверения своей личности паспорт.
Представители сторон сообщили составу суда о том, что им не удалось договориться об условиях заключения мирового соглашения.
Представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме, отмечая, что предусмотренная пунктом 6 Контракта неустойка является соразмерной последствиям неисполнения ответчиком договорных обязательств.
Представитель ответчика просил применить статью 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь и уменьшить сумму неустойки на 50 %.
По ходатайству представителей сторон к материалам дела были приобщены заявление истца от 21 октября 2015 года и дополнительные пояснения ответчика от 22 октября 2015 года с приложениями.
В данном судебном заседании рассмотрение дела по существу было завершено.
Обоснование решения
Заслушав объяснения представителей сторон и исследовав имеющиеся в деле письменные доказательства, состав суда считает установленным следующее.
Действительно, 30 мая 2014 года истец и ответчик заключили Контракт, в соответствии с которым истец обязался поставить ответчику метанол технический, а ответчик обязался принять и оплатить указанную продукцию.
Согласно Дополнительному соглашению от 17 июня 2014 года № 2 к Контракту стороны согласовали поставку метанола технического в июле 2014 года в количестве 2 000 тонн +/–10 %.
При этом материалами дела подтверждается, что фактически в июле 2014 года истец поставил ответчику 300,510 тонны метанола технического.
Поставка согласованного сторонами оставшегося количества метанола технического не была осуществлена в связи с тем, что ответчик письмом от 14 июля 2014 года уведомил истца о приостановке приемки продукции.
Впоследствии приемка согласованного количества метанола технического не была возобновлена ответчиком.
В силу пункта 6 Контракта в случае отказа ответчика от покупки согласованных в дополнительных соглашениях объемов метанола технического, при отсутствии письменного подтверждения изменения объемов поставок обоими контрагентами по Контракту, ответчик уплачивает истцу штраф в размере 5 % от стоимости количества метанола технического, определенного в дополнительном соглашении.
Исходя из указанного, истец, основываясь на пункте 6 Контракта и на том, что ответчик не исполнил надлежащим образом обязательства по приемке согласованного сторонами к поставке количества метанола технического, потребовал взыскать с ответчика 24 812,55 евро штрафа.
Указанная сумма была рассчитана истцом следующим образом:
2 000 тонн (согласованное сторонами количество поставляемого метанола технического) – 300,510 тонны (количество поставленного истцом ответчику метанола технического) х 292 евро (стоимость одной метрической тонны метанола технического) х 5 % (размер штрафа) равно 24 812,55 евро.
Разрешая данное требование истца, состав суда обращает внимание на то, что ответчик возражал против удовлетворения данного требования и в качестве первого основания для неприменения к ответчику меры ответственности, предусмотренной в Контракте, он ссылался на наличие форс-мажорных обстоятельств, которые не позволили ответчику выполнить взятые на себя обязательства по Контракту.
В качестве данных форс-мажорных обстоятельств ответчик указывал на наличие военных действий на Востоке Украины, в результате чего «в связи с проведением антитеррористической операции и повреждением железнодорожных мостов и путей на железнодорожной инфраструктуре на станции Н.Южной железной дороги отсутствует возможность принять метанол технический». При этом ответчик отмечал, что истец был осведомлен о целях последующей реализации ответчиком метанола технического, получаемого по Контракту из грузоотправительных документов.
В подтверждение факта наличия форс-мажора ответчиком был представлен Сертификат Торгово-промышленной палаты Украины о форс-мажорных обстоятельствах от 27 августа 2014 года, из которого следуют те обстоятельства, на которые ссылается ответчик.
При этом, правда, Сертификат был выдан не ответчику и не по запросу ответчика, а по запросу общества с ограниченной ответственностью «Т» (Украина), и не в отношении обязательств по Контракту, а применительно к обязательствам между обществом с ограниченной ответственностью «Т» и английской компанией.
Рассматривая возможность применения ответчиком указанных обстоятельств в качестве форс-мажорных по Контракту, состав суда отмечает следующее.
Отношения по освобождению стороны договора международной купли-продажи товаров от ответственности урегулированы статьей 79 Венской конвенции.
В силу пункта 1 статьи 79 указанной Конвенции сторона не несет ответственности за неисполнение любого из своих обязательств, если докажет, что оно было вызвано препятствием вне ее контроля и что от нее нельзя было разумно ожидать принятия этого препятствия в расчет при заключении договора либо избежания или преодоления этого препятствия или его последствий.
Исходя из указанного, однозначно видно, что в силу норм Венской конвенции форс-мажорные обстоятельства для их наличия характеризуются совокупностью следующих трех факторов (то есть для освобождения от ответственности на основании положений Венской конвенции необходимо, чтобы все три из нижеперечисленных факторов присутствовали одновременно):
во-первых, препятствие для исполнения обязательств по договору должно быть вне контроля обязанной стороны;
во-вторых, соответствующее препятствие нельзя было разумно принять в расчет при заключении договора;
в-третьих, обязанная сторона не могла избежать или преодолеть указанное выше препятствие или его последствия.
Экстраполируя приведенные выше три фактора на обстоятельства, связанные с заключением Контракта и исполнением обязательств по Контракту, состав суда констатирует, что если первый и третий из приведенных выше факторов могут быть применимы к Контракту (его заключению и исполнению), то второй фактор в отношении Контракта применен быть не может.
Сделанный судом вывод основывается на следующем.
Контракт был заключен 30 мая 2014 года.
Однако еще 13 апреля 2014 года был опубликован Указ Президента Украины № 405/2014, которым было введено в действие решение Совета национальной безопасности и обороны Украины от 13 апреля 2014 года «О неотложных мерах по преодолению террористической угрозы и сохранению территориальной целостности Украины».
30 апреля 2014 года и.о. Президента Украины признал, что украинские власти потеряли контроль над Донецком и частью Донецкой области.
6 мая 2014 года опубликован Указ Президента Украины «О частичной мобилизации».
При этом 22 мая 2014 года был опубликован Приказ главы ЛНР «О введении 22 мая 2014 года в 11.20 военного положения на территории Луганской Народной Республики».
Исходя только из изложенных фактов однозначно видно, что ответчик в момент заключения Контракта знал о препятствии, которое ответчик охарактеризовал как военные действия на Востоке Украины.
Таким образом, судом и сделан вывод, что второй фактор наличия форс-мажорных обстоятельств в силу Венской конвенции к Контракту, а точнее к его заключению, применен быть не может.
Иными словами, ответчик при заключении Контракта знал о препятствии к исполнению Контракта, характеризуемом им как форс-мажорное, и обязан был принять его разумно в расчет при заключении Контракта.
Исходя из указанного, состав суда не может применить в качестве основания освобождения ответчика от ответственности по Контракту указываемое ответчиком препятствие.
Наряду с просьбой о неприменении к ответчику неустойки в связи с наличием форс-мажорных обстоятельств ответчиком также указывалось на необходимость снижения неустойки в связи со счетной ошибкой.
А именно, ответчик отмечал, что в Дополнительном соглашении от 17 июня 2014 года № 2 к Контракту стороны согласовали поставку 2 000 метрических тонн технического метанола +/–10 %.
А раз так, то истец должен был поставить, а ответчик принять технический метанол в объеме не менее 1 800 метрических тонн и не более 2 200 метрических тонн.
Исходя из указанного, объем непринятого ответчиком технического метанола, за который он может нести ответственность согласно условиям Контракта, составляет не 1 699,490 метрической тонны, а 1 499,490 метрической тонны (1 800 – 300,510).
Таким образом, по мнению ответчика, истец имеет право претендовать на неустойку в размере не 24 812,55 евро, а 21 892,55 евро.
Рассматривая данное обстоятельство, приводимое ответчиком, состав суда признает правоту рассуждений и выводов ответчика.
А именно, состав суда также отмечает, что при буквальном прочтении положений Дополнительного соглашения от 17 июня 2014 года № 2 к Контракту действительно получается, что ответчик должен был для отсутствия имущественных последствий для себя в виде неустойки принять 1 800 метрических тонн технического метанола, так как стороны предусмотрели возможность как увеличения, так и снижения поставки технического метанола по сравнению с 2 000 метрических тонн на 10 %.
Исходя из указанного, действительный расчет неустойки, исходя из пункта 6 Контракта (с учетом понимания данного пункта Контракта обеими сторонами), составляет:
2 000 метрических тонн технического метанола – 200 метрических тонн технического метанола (10 % уменьшение, допустимое в силу Дополнительного соглашения от 17 июня 2014 года № 2 к Контракту) – 300,510 метрической тонны (количество поставленного истцом ответчику метанола технического) х 292 евро (стоимость одной метрической тонны технического метанола) х 5 % (размер штрафа) равно 21 892,55 евро.
И, наконец, ответчик ходатайствовал перед судом о применении статьи 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь, так как, по его мнению, неустойка явно не соразмерна последствиям нарушения обязательства.
В связи с рассмотрением данного обстоятельства состав суда должен, прежде всего, указать на то, что Венская конвенция не содержит регламентации взыскания неустойки. В этой связи состав суда рассматривает данное требование истца на основании субсидиарно применимого белорусского права.
Согласно статье 311 Гражданского кодекса Республики Беларусь неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законодательством или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.
В силу статьи 312 Гражданского кодекса Республики Беларусь соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.
Пункт 6 Контракта представляет собой соглашение о неустойке, содержащееся в договоре, совершенное в надлежащей письменной форме.
В силу указанного требование о неустойке рассматривается исходя из положений пункта 6 Контракта.
При этом состав суда констатирует, что статья 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь, но лишь при наличии обстоятельств, урегулированных в данной статье, может быть применима к отношениям сторон по Контракту.
Состав суда также отмечает, что ответчик в обоснование необходимости применения статьи 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь к отношениям сторон по Контракту указал на отсутствие со стороны истца доказательств наличия у него хотя бы каких-то издержек в связи с неисполнением ответчиком взятого на себя обязательства. Причем ответчик принял на себя все расходы, связанные с непоставкой (а точнее, непринятием ответчиком) метанола технического, в частности, транспортные и накладные расходы по возврату и очистке подвижного состава.
Кроме того, ответчик показал, что установление неустойки за непринятие технического метанола не соответствует, по его мнению, сложившейся в регионе коммерческой практике.
По поводу последнего обстоятельства состав суда обращает внимание сторон на то, что оно не может быть учтено при анализе применения или неприменения статьи 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь, так как данная статья никак не затрагивает указанное обстоятельство; а, кроме того, состав суда констатирует, что в силу принципа свободы договора, отраженного в статьях 2 и 391 Гражданского кодекса Республики Беларусь, ответчика никто не мог понудить включать условие о неустойке за непринятие метанола технического в Контракт. Однако ответчик это условие согласовал. А раз так, то он должен нести в том числе и негативные последствия своего волеизъявления.
Что же касается того, что истец не подтвердил наличия негативных последствий, в том числе убытков, связанных с неисполнением ответчиком обязательств по приемке метанола технического, то состав суда отмечает, что в силу пункта 1 статьи 311 Гражданского кодекса Республики Беларусь по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.
При этом ответчик ходатайствовал об уменьшении неустойки на 50 %, никак не обосновывая размер предлагаемого им снижения.
В силу указанного состав суда констатирует, что ответчиком не доказано то обстоятельство, что неустойка должна быть снижена на 50 %.
Однако при этом состав суда одновременно отмечает, что и истец, несмотря на требование состава суда показать, какие негативные последствия возникли у истца в связи с неисполнением обязательства ответчиком, никаких доказательств наличия таких негативных последствий не представил.
Но состав суда при этом понимает, что пункт 6 был включен в Контракт в качестве меры, защищающей имущественные интересы истца; меры, которая должна была дисциплинировать ответчика, и меры по возможному предотвращению тех убытков или иных негативных последствий, которые могут возникнуть у истца в будущем.
А раз так, то, действительно, истец (его представители) в момент рассмотрения дела в суде мог не иметь тех доказательств, которые подтверждали бы наличие уже существующих негативных последствий для истца в связи с неисполнением ответчиком взятых на себя обязательств.
При таких обстоятельствах состав суда не может полностью удовлетворить ходатайство ответчика о снижении неустойки на 50 %, но одновременно не может удовлетворить и требование истца об уплате неустойки в полном размере, и взыскивает с ответчика неустойку в размере на 15 % ниже, чем та неустойка, на которую мог бы претендовать истец исходя из уточненного размера неустойки.
А именно, состав суда присуждает ко взысканию с ответчика пеню в сумме 18 608,67 (21 892,55 – 3 283,88 (15 % от 21 892,55)) евро, а в удовлетворении требования о взыскании с ответчика пени в сумме 6 203,88 (24 812,55 – 18 608,67) евро отказывает.
В соответствии с пунктом 1 статьи 59 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП стороне, в пользу которой вынесено решение, состав МАС присуждает с другой стороны все понесенные ею необходимые расходы по делу. Если иск удовлетворен частично, расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных требований, а ответчику – пропорционально той части исковых требований, в которой отказано.
При определении подлежащего взысканию с ответчика арбитражного сбора состав суда учитывает также положения пункта 4 статьи 52 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП о том, что в случае уменьшения составом суда размера неустойки при вынесении решения вследствие явной несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства расходы истца по уплате арбитражного сбора подлежат возмещению ответчиком в размере, исчисленном исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее уменьшения.
Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате арбитражного сбора в сумме 1 326,30 евро, включая НДС в размере 20 %.
Руководствуясь статьей 24 Закона Республики Беларусь «О международном арбитражном (третейском) суде», а также статьей 13 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП состав суда обеспечил сторонам равные возможности для защиты своих прав.
На основании изложенного и в соответствии со статьями 311, 312 и 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь, статьями 3, 24, 33, 36, 40 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года «О международном арбитражном (третейском) суде», а также статьями 2, 4, 13, 20, 32, 38, 40, 59 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП состав суда
РЕШИЛ:
Иск удовлетворить частично.
Взыскать в пользу акционерного общества «А» (Республика Беларусь) с акционерного общества «В» (Литовская Республика) пеню в сумме 18 608,67 евро и расходы по уплате арбитражного сбора в сумме 1 326,40 евро, а всего 19 935,07 (девятнадцать тысяч девятьсот тридцать пять и семь сотых) евро.
Отказать акционерному обществу «А» (Республика Беларусь) в удовлетворении требования о взыскании с акционерного общества «В» (Литовская Республика) пени в сумме 6 203,88 (шесть тысяч двести три и восемьдесят восемь сотых) евро.
Срок добровольного исполнения настоящего решения – 5 (пять) дней с момента его получения ответчиком.