 | Официальная правовая информация |
РЕШЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНОГО АРБИТРАЖНОГО СУДА ПРИ БЕЛОРУССКОЙ ТОРГОВО-ПРОМЫШЛЕННОЙ ПАЛАТЕ
22 января 2010 г. (дело № 811/16-09)
Международный арбитражный суд при БелТПП, рассмотрев в помещении Международного арбитражного суда при БелТПП в судебных заседаниях, которые состоялись 8 мая, 28 августа, 23 сентября и 30 сентября 2009 года, дело № 811/16-09 по иску общества с ограниченной ответственностью «А» (Республика Беларусь) к акционерному обществу «Б» (Республика Беларусь) о взыскании 33 392 668 белорусских рублей в качестве убытков, неустойки и процентов за пользование чужими денежными средствами вследствие ненадлежащего исполнения обязательства,
УСТАНОВИЛ:
Позиции сторон
В исковом заявлении общество с ограниченной ответственностью «А» (в дальнейшем именуемое «истец») утверждает, что 14 мая 2008 года между ним и акционерным обществом «Б» (в дальнейшем именуемым «ответчик») был заключен договор текущего (расчетного) банковского счета в белорусских рублях (в дальнейшем именуемый «Договор»).
12 ноября 2008 года от имени истца в адрес ответчика была подана заявка № 3 на покупку на биржевом валютном рынке иностранной валюты на общую сумму 34 412,21 польского злотого (в дальнейшем именуемая «заявка № 3»).
Истец заявляет, что свои обязательства по перечислению согласованной с ответчиком суммы белорусских рублей для приобретения польских злотых исполнил надлежащим образом, а ответчик исполнил заявку № 3 ненадлежащим образом, приобретя польские злотые по курсу более высокому, нежели было согласовано с ответчиком, и впоследствии списал в одностороннем порядке с истца недостающую сумму белорусских рублей.
Истец утверждает, что соответствующие обязательства следует рассматривать на основе Договора.
Истцом также было заявлено требование о взыскании неустойки, процентов за пользование чужими денежными средствами, расходов, связанных с защитой интересов истца через представителя.
Таким образом, истец при подаче искового заявления просил взыскать с ответчика в пользу истца в связи с ненадлежащим исполнением заявки на приобретение иностранной валюты сумму удерживаемых денежных средств в размере 22 005 182 белорусских рублей, неустойки в размере 1 563 036 белорусских рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 531 742 белорусских рублей, расходов, связанных с защитой интересов истца через представителя, в размере 2 714 000 белорусских рублей.
Кроме того, истец просил отнести на ответчика расходы по уплате арбитражного сбора.
Ответчик в своем ответе на исковое заявление исковые требования истца не признал, заявив, что действовал исключительно в соответствии с заявкой № 3, руководствовался в своих действиях действующим законодательством, не пользовался чужими денежными средствами, и на основании этого просил истцу в удовлетворении исковых требованиях отказать.
Компетенция Международного арбитражного суда при БелТПП
Пункт 7.2 Договора устанавливает, что «любой спор, разногласие или претензия, вытекающая из или в связи с настоящим Договором либо его нарушением, прекращением или недействительностью, подлежат рассмотрению в Международном арбитражном суде при Белорусской Торгово-промышленной палате в соответствии с регламентом Арбитражного суда. Арбитражный суд должен состоять из трех арбитров. Каждая из Сторон избирает по одному основному и одному запасному арбитру. Два избранных Сторонами арбитра выбирают основного и запасного арбитра-председателя. Место проведения арбитража – город Минск. Язык разбирательства – русский».
Ответчик в своем заявлении, поступившем в Международный арбитражный суд при БелТПП 25 февраля 2009 года, заявил об отсутствии арбитражного соглашения в письменной форме между ним и истцом, поскольку в рассматриваемом случае спор возник в связи с приобретением иностранной валюты на биржевом рынке, что является отдельным правоотношением, условия которого определяются отдельным договором. Письменным подтверждением заключения такого договора, по мнению ответчика, является заявка на покупку иностранной валюты на биржевом валютном рынке, в которой изложены согласованные сторонами условия и которая не содержит арбитражного соглашения.
Состав суда 27 мая 2009 года вынес определение о признании компетенции по данному делу, исходя из следующего.
В соответствии со статьей 4 Регламента МАС при БелТПП состав МАС при БелТПП вправе рассмотреть дело при наличии арбитражного соглашения.
В соответствии со статьей 11 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 г. «О международном арбитражном (третейском) суде» и статьей 4 Регламента МАС при БелТПП арбитражным соглашением является соглашение сторон о передаче на рассмотрение Международного арбитражного суда всех или отдельных споров, которые возникли или могут возникнуть из связывающего стороны правоотношения. Арбитражное соглашение может быть заключено в виде арбитражной оговорки или в виде самостоятельного договора. Арбитражное соглашение заключается в письменной форме.
Состав суда констатирует, что предметом арбитражного соглашения, содержащегося в Договоре, являются споры как непосредственно вытекающие из договора текущего (расчетного) банковского счета, так и связанные с этим договором. Такое понимание предмета арбитражного соглашения вытекает из буквального его толкования. Несмотря на то, что отношения сторон по покупке иностранной валюты на биржевом валютном рынке – это отдельный вид банковских операций, связь спорных правоотношений с договором текущего (расчетного) банковского счета в белорусских рублях, содержащим арбитражное соглашение, безусловно, присутствует.
Таким образом, между сторонами по делу заключено письменное арбитражное соглашение, которое устанавливает компетенцию Международного арбитражного суда при БелТПП на рассмотрение возникшего спора.
Указанное определение было обжаловано ответчиком в Президиум Международного арбитражного суда при БелТПП. Президиум Международного арбитражного суда при БелТПП своим постановлением от 31 июля 2009 года подтвердил компетенцию Международного арбитражного суда при БелТПП по рассмотрению данного спора.
Применимое право
В силу того, что сторонами Договора являются субъекты Республики Беларусь, к их отношениям подлежит применению материальное право Республики Беларусь.
В соответствии со статьей 12 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года «О международном арбитражном (третейском) суде» если стороны предусмотрели в арбитражном соглашении передачу спора на рассмотрение постоянно действующего арбитражного суда, то таким образом при отсутствии соглашения сторон об ином они согласовали и порядок рассмотрения спора в соответствии с арбитражным регламентом.
Порядок рассмотрения спора в соответствии с Регламентом Международного суда при БелТПП согласован сторонами в пункте 7.2 Договора.
Следовательно, процессуальные правила рассмотрения спора определяются Регламентом Международного арбитражного суда при БелТПП.
Рассмотрение спора
Исковое заявление поступило в Международный арбитражный суд при БелТПП 5 февраля 2009 года.
5 февраля 2009 года Председателем Международного арбитражного суда при БелТПП было вынесено определение о принятии дела к производству.
Извещение о возбуждении дела и исковое заявление с приложенными материалами были высланы ответчику и им получены, что подтверждается имеющимся в материалах дела уведомлением о вручении с подписью получателя.
Состав суда сформирован в соответствии с Регламентом Международного арбитражного суда при БелТПП.
В заседании суда, состоявшемся 8 мая 2009 года, интересы истца представлял директор и юрист, действующий на основании доверенности от 5 января 2009 года (копия находится в материалах дела).
Ответчик представлял свои интересы через начальника отдела международных расчетов и валютных операций (копия доверенности от 1 августа 2008 года находится в материалах дела) и заведующую сектором правовой и кадровой работы (копия доверенности от 6 апреля 2009 года находится в материалах дела).
Стороны представили составу суда документы, подтверждающие их полномочия.
Представители ответчика в судебном заседании поддержали представленное в Международный арбитражный суд при БелТПП 25 февраля 2009 года заявление о компетенции, в котором указывалось на отсутствие арбитражного соглашения между истцом и ответчиком.
В связи с необходимостью вынесения определения Международного арбитражного суда при БелТПП о компетенции судебное заседание было отложено.
27 мая 2009 года составом суда было вынесено определение о компетенции Международного арбитражного суда при БелТПП, которым признана компетенция Международного арбитражного суда при БелТПП на рассмотрение данного спора.
Данное определение о компетенции было обжаловано ответчиком в Президиум Международного арбитражного суда при БелТПП.
Президиум Международного арбитражного суда при БелТПП признал доводы ответчика об отсутствии компетенции у Международного арбитражного суда при БелТПП необоснованными, само заявление – не подлежащим удовлетворению и признал наличие у Международного арбитражного суда при БелТПП компетенции на рассмотрение дела № 811/16-09.
Второе судебное заседание по делу состоялось 28 августа 2009 года. Интересы сторон в нем представляли те же представители.
Представители истца в ходе судебного заседания поддержали заявленные исковые требования в полном объеме.
В частности, представитель истца пояснил, что 12 ноября 2008 года от имени истца в адрес ответчика была подана заявка № 3 на покупку иностранной валюты на биржевом валютном рынке.
Согласно заявке № 3 истец поручал ответчику приобрести иностранную валюту – польский злотый в сумме 34 412,21 по биржевому курсу. При этом сумма белорусских рублей, направляемых на покупку иностранной валюты, по мнению истца, была согласована в размере 26 257 893 белорусских рублей.
Согласно платежному поручению от 12 ноября 2008 года во исполнение заявки № 3 истцом была перечислена сумма в размере 26 257 893 белорусских рублей. При этом платежное поручение содержало указание на максимальный курс покупки – 760 белорусских рублей за злотый.
18 ноября 2008 года ответчик без предварительного на то согласования с истцом через сотрудника валютного отдела в устной форме уведомил истца о том, что ответчик произвел покупку 34 412,21 польского злотого по курсу 1 340,0 белорусского рубля. Таким образом, ответчик вышел за рамки предоставленного ему поручения согласно заявке № 3 и произвел покупку иностранной валюты по курсу, намного превышающему курс, согласованный между сторонами, и не в пределах той суммы, которая была перечислена истцом для приобретения иностранной валюты. Более того, курс покупки был завышенным и максимальным курсом в период ноября 2008 года.
Также 18 ноября 2008 года ответчик самовольно, без платежного поручения истца и, соответственно, наличия платежной инструкции клиента счета, списал со счета истца сумму в размере 20 038 918 белорусских рублей.
Также представителем истца были представлены пояснения по существу своей правовой позиции, в которых, в частности, истец указал, что покупка иностранной валюты организациями охватывается понятием «валютно-обменные операции».
По мнению истца, с юридической точки зрения данные операции представляют собой договоры купли-продажи, в которых иностранная валюта выступает в качестве товара, а белорусские рубли – средства платежа. Но в силу прямого указания п. 2 ст. 424 Гражданского кодекса Республики Беларусь к сделкам купли-продажи валютных ценностей нормы гл. 30 «Купля-продажа» Гражданского кодекса Республики Беларусь применяются, если законодательством не установлен специальный порядок их продажи.
В качестве специального акта законодательства следует применять нормы постановления Правления Национального банка Республики Беларусь от 28 июля 2005 года № 112 «Об утверждении Инструкции о порядке совершения валютно-обменных операций с участием юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», которые в рассматриваемых отношениях имеют приоритет над соответствующей главой Гражданского кодекса Республики Беларусь.
Представитель истца указал, что совершение валютно-обменных операций через обслуживающие банки, где открыт текущий расчетный счет клиента, возможно только по соответствующему поручению клиента и в соответствии с его указаниями.
По мнению представителя истца, в поданной заявке № 3 и, соответственно, в платежном поручении был указан желаемый курс, но не было дано согласие на покупку иностранной валюты по биржевому курсу на день проведения соответствующих торгов и, соответственно, не было дано согласие на списание денежных средств в случае превышения указанного курса покупки в одностороннем порядке.
С точки зрения юридической квалификации заключаемого между банком и клиентом договора на покупку иностранной валюты истец конкретизировал свое правовое обоснование, указав, что договорные отношения между банком и клиентом могут рассматриваться как гражданско-правовой договор комиссии.
Ответчик исковые требования не признавал, указывая на следующие обстоятельства.
В соответствии с пунктом 27 Инструкции о порядке совершения валютно-обменных операций с участием юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, утвержденной постановлением Правления Национального банка Республики Беларусь от 28.07.2005 № 112 (далее – Инструкция № 112), обязательным реквизитом заявки для валютно-обменных операций на биржевом валютном рынке является согласие на покупку иностранной валюты по биржевому курсу на день соответствующих торгов либо желаемый курс покупки. То есть сторонами обязательно должен быть согласован курс покупки валюты.
При этом представитель ответчика указывал на то, что условиями заявки № 3 курс покупки иностранной валюты указан «биржевой», а биржевой курс определяется по результатам торгов на сессиях открытого акционерного общества «Белорусская валютно-фондовая биржа» (п. 12 Инструкции № 112), следовательно, сторонам он не может быть известен заранее.
Применительно к доводу истца о том, что платежное поручение истца от 12 ноября 2008 года на перечисление белорусских рублей на покупку иностранной валюты содержало указание на максимальный курс покупки злотого – 760 белорусских рублей за 1 злотый, представитель ответчика пояснил следующее.
В соответствии с нормами законодательства Республики Беларусь банк не контролирует суть и правильность указанного в платежном поручении назначения платежа, которое клиентом указывается самостоятельно. Следовательно, по мнению представителя ответчика, указанный в платежном поручении курс не может рассматриваться как согласованный сторонами. Более того, даже в самом платежном поручении от 12 ноября 2008 года не указано, что курс является «максимальным», на что указывал истец.
Сумма белорусских рублей, направленная истцом на покупку иностранной валюты, была высчитана клиентом самостоятельно и является примерной, поскольку, не зная биржевой курс, невозможно рассчитать сумму белорусских рублей, направляемых на приобретение 34 412,21 злотого.
Также представитель ответчика обратил внимание на то обстоятельство, что указанный в платежном поручении курс в размере 760 белорусских рублей за 1 злотый не был реальным для покупки иностранной валюты на бирже даже в день подачи заявки. Так, 12 ноября 2008 года на бирже был курс 1 120 белорусских рублей за 1 злотый, впоследствии курс ежедневно рос. В подтверждение данной информации ответчик приложил распечатку итогов торгов с 12 по 27 ноября 2008 года с официального интернет-сайта ОАО «Белорусская валютно-фондовая биржа».
Представитель ответчика пояснил, что, поскольку перечисленной истцом 12 ноября 2008 года суммы белорусских рублей в размере 26 257 893 белорусских рублей было недостаточно для расчетов с ОАО «Белорусская валютно-фондовая биржа», 18 ноября 2008 года со счета в белорусских рублях были списаны недостающие 20 038 918 белорусских рублей. По утверждению представителя ответчика, данное право было предоставлено истцом ответчику в заявке № 3.
В связи с тем, что приобретенная ответчиком иностранная валюта (польские злотые) не была использована истцом в течение семи рабочих дней, в соответствии с пунктами 31, 37 Инструкции № 112 ответчик осуществил обратную продажу иностранной валюты (частично на внебиржевом рынке 1 декабря 2008 года и основную часть на биржевых торгах 2 декабря 2008 года). Полученные от обратной продажи иностранной валюты белорусские рубли были зачислены на расчетный счет истца 2 и 3 декабря 2008 года соответственно проданным суммам.
Таким образом, ответчик утверждал, что заявка № 3 им была исполнена надлежащим образом и 18 ноября 2008 года ответчик осуществил покупку иностранной валюты для истца по биржевому курсу (1 340 белорусских рублей за 1 злотый), сложившемуся на торгах ОАО «Белорусская валютно-фондовая биржа».
В связи с этим ответчик не признавал возможности удовлетворения требований истца также и в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, поскольку, по его мнению, отсутствовал сам факт пользования чужими денежными средствами.
В отношении правовой квалификации отношений сторон представитель ответчика пояснила, что стороны связывает некий самостоятельный непоименованный договор, который законодательством не запрещается. По ее мнению, в данном случае нельзя говорить ни о договоре поручения, ни о договоре комиссии, поскольку банк действует от своего имени и за счет клиента, приобретается специфический товар. Кроме того, отношения сторон по заключенному между ними договору регулируются отдельным нормативным актом – Инструкцией № 112.
Представитель истца заявил ходатайство о приобщении к материалам дела письма Национального банка Республики Беларусь от 20 декабря 2008 года. Заявленное ходатайство было удовлетворено составом суда.
Представитель истца, в частности, обратил внимание на то, что в вышеуказанном письме Национальный банк Республики Беларусь высказал мнение, что о возможном значительном превышении биржевого курса и невозможности выполнения покупки банком на условиях, изложенных в платежном поручении, банк должен был проинформировать клиента.
Представитель истца также приобщил к материалам дела документы, касающиеся хронологии событий применительно к расчетному счету истца в белорусских рублях 18 ноября 2008 года.
Он пояснил, что по состоянию на 17 ноября 2008 года на расчетном счете истца была сумма в размере 98 485 558 белорусских рублей.
Как утверждает истец, после получения информации от ответчика об исполнении заявки № 3 в части приобретения польских злотых по курсу 1 340 белорусских рублей за 1 польский злотый и предъявленного ответчиком требования о необходимости проведения дополнительного перевода денежных средств истец предпринял меры по переводу своих остатков по иным обязательствам.
Для этого им было представлено в банк платежное поручение на перечисление комиссионного вознаграждения согласно договору от 1 июля 2008 года, которое, по представленному истцом отчету по его счету в белорусских рублях, было исполнено, и соответствующая сумма в размере 96 000 000 белорусских рублей была списана.
Вместе с тем, как пояснил директор истца, некоторое время спустя банк уведомил о том, что данное платежное поручение не было исполнено вследствие несоответствия назначения платежа требованиям действующего законодательства.
Истец представил в банк новое платежное поручение на ту же сумму в размере 96 000 000 белорусских рублей, конкретизировав назначение платежа, однако ответчик его не исполнил, указав на отсутствие денежных средств на счете истца.
Как пояснил истец, данная ситуация сложилась вследствие того, что ответчик самостоятельно списал сумму в размере 20 038 918 белорусских рублей как недостающую часть суммы белорусских рублей в связи с приобретением польских злотых по курсу 1 340 белорусских рублей за 1 злотый.
Директор истца также пояснил, что в день совершения валютно-обменной операции, т.е. 18 ноября 2008 года, он разговаривал по телефону с сотрудником банка уже после приобретения польских злотых, где указывал на непринятие такого исполнения заявки № 3.
Представитель ответчика пояснил, что телефонный разговор имел место и в ходе данного телефонного разговора ответчик уведомил о возможности исполнения заявки № 3 по курсу 1 340 белорусских рублей за 1 польский злотый и получил соответствующее одобрение от истца. В подтверждение этого ответчиком была представлена расшифровка подробного учета исходящих разговоров по телефону (копия – в материалах дела).
В связи с необходимостью вызова в качестве свидетелей бухгалтера истца и сотрудника валютного отдела ответчика, а также для конкретизации правовой позиции сторон состав суда принял решение об отложении рассмотрения дела.
В заседании суда, состоявшемся 23 сентября 2009 года, интересы истца представляли те же лица. Интересы ответчика представляла заведующая сектором правовой и кадровой работы.
В заседание суда в качестве свидетелей явились: со стороны ответчика – ведущий экономист отдела международных расчетов и валютных операций, а со стороны истца – главный бухгалтер.
Главный бухгалтер истца пояснил, что у истца нет отдельно открытого счета в иностранной валюте, данная валюта приобретается через обслуживающий банк для осуществления расчетов с контрагентами по мере необходимости исполнения своих договорных обязательств.
Покупка иностранной валюты осуществляется в следующем порядке: после получения соответствующих инструкций от руководителя он связывается с представителем банка, который сообщает курс покупки и сумму комиссионного вознаграждения. После этого по электронной почте отправляются заявка на покупку иностранной валюты и платежное поручение. В день отправки вышеуказанных документов представитель ответчика привозит оригиналы документов, которые необходимы для совершения валютно-обменной операции.
Аналогичным образом происходил процесс предоставления документов для приобретения польских злотых. В ходе телефонного разговора, как указывает главный бухгалтер ответчика, ему был указан курс покупки – 760 белорусских рублей за 1 польский злотый. Согласовав данную информацию с директором ответчика, главный бухгалтер 12 ноября 2008 года оформил заявку № 3 на покупку иностранной валюты и платежное поручение, в котором указывался курс покупки – 760 белорусских рублей за один злотый.
Как пояснил главный бухгалтер, в ходе исполнения поданной заявки № 3 на предмет ее исполнения никто с ним не связывался.
18 ноября 2008 года ему позвонила сотрудник ответчика, которая поставила его перед фактом о том, что соответствующая заявка исполнена по курсу 1 340 белорусских рублей за 1 польский злотый и что требуется доперечисление рублевого эквивалента. Главный бухгалтер сообщил о невозможности принятия такого исполнения заявки № 3 и сообщил об этом директору ответчику.
По показаниям, данным главным бухгалтером ответчика, предварительного согласования с ответчиком приобретения польских злотых по курсу 1 340 белорусских рублей за 1 польский злотый не было.
На вопрос суда о том, какие графы заявки заполнялись главным бухгалтером, он указал, что им заполняются графы «наименование иностранной валюты, подлежащей покупке», «сумма иностранной валюты, подлежащей покупке» и графа «сумма белорусских рублей, направляемых на покупку иностранной валюты», которая указывается представителем банка и которая включает в себя комиссионное вознаграждение.
Свидетель со стороны ответчика указала, что она работает в должности ведущего экономиста отдела международных расчетов и валютных операций. Сложившаяся с ответчиком ситуация в ее практике возникла впервые.
Она пояснила, что 18 ноября 2008 года действительно звонила ответчику и разговаривала с главным бухгалтером до момента приобретения польских злотых на бирже и после получения соответствующего одобрения польские злотые были приобретены.
Указания о курсе покупки иностранной валюты не давались, а информационно сообщался лишь курс, близкий к официальному курсу, устанавливаемому Национальным банком Республики Беларусь на дату заполнения заявки на приобретение иностранной валюты на биржевом валютном рынке. Перечисляемая субъектом хозяйствования сумма в белорусских рублях является неокончательной и необходима для начала исполнения соответствующей заявки на покупку иностранной валюты.
Как пояснила свидетель ответчика, торги завершаются в 11 часов соответствующего дня.
В связи с этой информацией представитель истца попросил пояснить, почему тогда в распечатке, представленной ранее ответчиком, указывается на то, что 18 ноября 2008 года телефонный разговор между истцом и ответчиком состоялся в 11 часов 25 минут.
Представитель ответчика пояснила, что поскольку в банке внешние телефонные соединения осуществляются автоматически с разных линий, то, скорее всего, другие телефонные звонки могли иметь место с других номеров. Также было высказано предположение о том, что торги на ОАО «Белорусская валютно-фондовая биржа» 18 ноября 2008 года могли состояться в другое время.
На вопрос суда к представителю ответчика о существовании в практике банка формы заявок на приобретение иностранной валюты на бирже с указанием конкретного курса последняя пояснила, что такое имело место в практике банка и для представления соответствующих подтверждений ей требуется дополнительное время.
Представитель истца ходатайствовал приобщить к материалам дела иные заявки на приобретение иностранной валюты, которые, по его мнению, совершались надлежащим образом и в рамках той суммы белорусских рублей, которая направлялась для приобретения иностранной валюты. Также представитель истца ходатайствовал о приобщении к материалам дела письменных пояснений по существу своей правовой позиции, в которой уточнил, что исковые требования в сумме 22 005 182 рубля, которые были списаны со счета истца ответчиком, истец рассматривает как убытки, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств. Представитель истца заявил об увеличении своих исковых требований в части неустойки и процентов за пользование чужими денежными средствами, пересчитав их по состоянию на 23 сентября 2009 года. Общий размер исковых требований истца составил, таким образом, 33 392 668 рублей.
Данное ходатайство составом суда было удовлетворено.
В связи с тем, что показания свидетелей расходились, а также для целей установления факта иных телефонных разговоров между истцом и ответчиком 18 ноября 2008 года, для получения информации о времени торгов на ОАО «Белорусская валютно-фондовая биржа» 18 ноября 2008 года и для представления заявок для целей приобретения иностранной валюты на бирже с указанием конкретного курса покупки состав суда отложил рассмотрение дела, назначив его на 30 сентября 2009 года.
В заседании суда, состоявшемся 30 сентября 2009 года, интересы истца и ответчика представляли те же лица, что и на предыдущем судебном заседании.
Представитель ответчика приобщил к материалам дела распечатки телефонных разговоров между ответчиком и истцом с 14 по 18 ноября 2008 года, а также документ ОАО «Белорусская валютно-фондовая биржа», из которого следовало, что торги 18 ноября 2008 года по польским злотым проводились с 11 ч. 15 мин. по 11 ч. 21 мин.
Представитель ответчика приобщил к материалам дела письмо от 30 сентября 2009 года и пояснил, что применительно к заявленному требованию о взыскании убытков отсутствуют основания для их взыскания. В обоснование своего довода представитель ответчика указал, что ст. 364 Гражданского кодекса Республики Беларусь предусмотрена обязанность возместить кредитору убытки, причиненные ему неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. По мнению представителя ответчика, ответчик исполнил заявку № 3 от 12 ноября 2008 года на покупку 34 412,21 польского злотого надлежащим образом в соответствии с условиями, согласованными сторонами, а также требованиями законодательства.
По мнению ответчика, суд может удовлетворить требование истца о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие на день вынесения решения, что обосновывает следующим. Пунктом 2 ст. 364 Гражданского кодекса Республики Беларусь предусмотрено, что в случае, если иное не предусмотрено законодательством или договором, при определении убытков должны приниматься во внимание цены, существующие в том месте, где обязательство должно быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование добровольно удовлетворено не было – в день предъявления иска.
Таким образом, по мнению ответчика, речь может идти о сумме убытков истца в размере 2 099 145 белорусских рублей. Данный размер убытков базируется на следующем: курс продажи польских злотых в день предъявления иска (5 февраля 2009 года) составил 769 белорусских рублей за один польский злотый. Поскольку банк осуществил обратную продажу 2 декабря 2008 года по цене 708 белорусских рублей, то сумма убытков может быть определена исходя из следующего расчета: 34 412,21 польского злотого х (769 – 708) = 2 099 145 рублей.
С данным утверждением представитель истца не согласился, пояснив, что соответствующий расчет не может быть принят во внимание исходя из того, что ответчик осуществил покупку иностранной валюты с превышением своих полномочий в части превышения согласованной суммы белорусских рублей, которая была направлена им на приобретение польских злотых.
О непринятии такого исполнения истец заявил незамедлительно, и, таким образом, его требования заключаются в возврате суммы денежных средств, списанных банком с расчетного счета истца в одностороннем порядке.
На вопрос суда о том, означает ли это признание ответчиком наличия факта убытков, представитель ответчика ответил отрицательно, пояснив, что это лишь видение ответчика о возможности наличия убытков и соответствующем их расчете.
Представитель ответчика также оспаривала требование о взыскании истцом неустойки.
Она указала, что п. 6.2 Договора предусматривает обязанность ответчика уплатить неустойку в случае необоснованного списания денежных средств со счета клиента. Одновременно п. 4.7 Договора предусматривает, что банк вправе самостоятельно (без поручения клиента) списывать с текущего счета клиента суммы обязательств клиента по заключенным с банком договорам на проведение банковских и иных операций, если такое право предоставлено банку соответствующим договором. По мнению ответчика, такое право было предоставлено банку со стороны истца в заявке № 3 на покупку иностранной валюты на биржевом рынке.
Более того, по мнению ответчика, в соответствии со ст. 365 Гражданского кодекса Республики Беларусь если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой.
Представитель истца с такими доводами применительно к возможности взыскания неустойки также не согласился и пояснил, что, по его мнению, права на одностороннее списание денежных средств не было. Такое право установлено нормами Банковского кодекса и соответствующими пунктами Договора, однако к данной ситуации они применены быть не могут. Сумма белорусских рублей, направляемых на покупку иностранной валюты, была четко определена, а ответчик приобрел иностранную валюту не в рамках оговоренной суммы. Право же на взыскание неустойки является самостоятельной ответственностью, которая прямо предусмотрена Договором.
На вопрос состава суда, как представители сторон понимают указание в заявке «сумма белорусских рублей, направляемых на покупку иностранной валюты», представитель истца указал, что при подаче соответствующей заявки истец исходил именно из конкретно определенной суммы белорусских рублей, которая была согласована с банком, представитель ответчика в свою очередь указала, что это лишь предварительная сумма.
Представитель ответчика также оспаривала право на взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами, указав, что у ответчика отсутствовал сам факт пользования денежными средствами; списанные с расчетного счета истца белорусские рубли в размере 20 038 918 были отправлены ОАО «Белорусская валютно-фондовая биржа» 18 ноября 2008 года, а полученные от обратной продажи иностранной валюты белорусские рубли были незамедлительно возвращены на расчетный счет истца.
Более того, п. 2 ст. 366 Гражданского кодекса Республики Беларусь установлено, что, если убытки, причиненные кредитору неправомерным пользованием его денежными средствами, или сумма долга, увеличенная с учетом инфляции, превышают сумму процентов, причитающихся ему на основании п. 1 данной статьи, он вправе требовать от должника возмещения убытков или долга, увеличенного с учетом инфляции, в части, превышающей эту сумму.
Соответственно, по мнению ответчика, в удовлетворении данного требования истца следует отказать.
Представитель истца не согласился с данной позицией и указал, что представленный расчет является верным.
На этом исследование материалов по делу было закончено.
Обоснование решения
Заслушав объяснения сторон, исследовав имеющиеся в деле письменные и иные доказательства, состав суда считает установленным следующее.
Материалами дела подтверждается, что между истцом и ответчиком 14 мая 2008 года был заключен договор текущего (расчетного) банковского счета в белорусских рублях.
Также материалами дела подтверждается, что 12 ноября 2008 года истец подал в адрес ответчика заявку № 3 на покупку на биржевом валютном рынке иностранной валюты на общую сумму 34 412,21 польского злотого.
Состав суда считает возможным применение к указанным спорным правоотношениям норм гражданского законодательства Республики Беларусь, регламентирующих договор комиссии, с учетом особенностей правоотношений, урегулированных банковским законодательством, и обосновывает это тем, что по своему характеру данные отношения сторон представляли собой поручение клиента банку приобрести для него от своего имени (имени банка) и за счет клиента иностранную валюту (польские злотые).
При этом такое поручение путем подачи заявки № 3 состав суда рассматривает как поручение приобрести польские злотые на бирже в пределах суммы белорусских рублей, направляемых на покупку иностранной валюты.
Пункт 1 статьи 880 Гражданского кодекса Республики Беларусь устанавливает, что по договору комиссии одна сторона (комиссионер) обязуется по поручению другой стороны (комитента) за вознаграждение совершить одну или несколько сделок от своего имени, но за счет комитента.
Пунктом 1 статьи 881 Гражданского кодекса Республики Беларусь предусмотрено, что комитент обязан уплатить комиссионеру вознаграждение.
Как следует из представленных материалов, комиссионное вознаграждение за совершение валютно-обменной операции включалось в общую сумму белорусских рублей, направляемых на покупку иностранной валюты.
В соответствии со ст. 401 Гражданского кодекса Республики Беларусь при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Пункт 27 Инструкции о порядке совершения валютно-обменных операций с участием юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, утвержденной постановлением Правления Национального банка Республики Беларусь от 28 июля 2005 года (в редакции, действовавшей на дату совершения заявки № 3), устанавливает, что заявка на покупку имеет произвольную форму, но при этом среди обязательных реквизитов является необходимость указания суммы покупки в иностранной валюте и (или) суммы белорусских рублей, направляемых на покупку иностранной валюты, а также для валютно-обменных операций на биржевом валютном рынке – согласие на покупку иностранной валюты по биржевому курсу на день соответствующих торгов либо желаемый курс покупки.
Заявка № 3 содержит:
– формулировку: «Сумма белорусских рублей, направленных на покупку иностранной валюты, – 26 257 893 Br»;
– таблицу, в последней графе которой содержится указание на сумму белорусских рублей, направляемых на покупку иностранной валюты, а в предпоследней графе – указание: «Курс покупки – биржевой»;
– формулировку о предоставлении ответчику права самостоятельно, без поручения истца (распоряжения), списать со счета истца в белорусских рублях всю сумму белорусских рублей, направляемых на покупку иностранной валюты, а также сумму комиссионного вознаграждения согласно тарифам на выполнение операций и оказание услуг.
Согласно платежному поручению от 12 ноября 2008 года во исполнение заявки № 3 истцом была перечислена сумма в размере 26 257 893 белорусских рублей. В назначении платежа указывалось: «перечисление рублевого эквивалента на покупку 34 412,21 злотого по курсу 760 бел. руб. согл. заявке № 3 от 12.11.2008 на покупку валюты. Без НДС».
При сопоставлении вышеуказанных формулировок заявки № 3 и платежного поручения состав суда считает, что они идентичны в части определения конкретной суммы белорусских рублей, направляемых на приобретение иностранной валюты, без наличия каких-либо оговорок.
Таким образом, исходя из буквального толкования условия заявки о сумме белорусских рублей, направляемых на покупку иностранной валюты, состав суда считает согласованной сторонами именно конкретную сумму, в пределах которой должно было быть исполнено поручение.
Довод ответчика о правомерности одностороннего списания недостающей суммы денежных средств состав суда считает неприменимым в силу следующего.
Согласно части первой статьи 200 Банковского кодекса Республики Беларусь владелец текущего (расчетного) банковского счета имеет право распоряжаться денежными средствами, находящимися на его счете, лично либо через уполномоченных им лиц.
Согласно части третьей статьи 200 Банковского кодекса Республики Беларусь списание денежных средств, находящихся на текущем (расчетном) банковском счете, не на основании выданной (акцептованной) владельцем счета платежной инструкции не допускается, за исключением случаев, предусмотренных данным Кодексом, иными законодательными актами Республики Беларусь или договором текущего (расчетного) банковского счета.
Законодательство Республики Беларусь, регламентирующее отношения по валютно-обменным операциям, прямо не устанавливает возможности списания денежных средств с расчетного счета клиента в случае их недостаточности для приобретения иностранной валюты.
Такой возможности также не содержится и в договоре текущего (расчетного) банковского счета в белорусских рублях, заключенном между истцом и ответчиком. Случаи, в которых банк вправе без поручения клиента самостоятельно списывать с расчетного счета денежные средства, определены пунктом 4.7 Договора, который в числе прочих называет право списывать «суммы обязательств Клиента по заключенным с Банком договорам на проведение банковских и иных операций, если такое право предоставлено Банку соответствующим договором».
Утверждение ответчика о том, что такое право было предоставлено в заявке № 3, составом суда не может быть принято во внимание в связи с отсутствием такого прямого указания на случай недостаточности суммы белорусских рублей, направленных на приобретение иностранной валюты.
Довод ответчика о невозможности удовлетворить требование о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие на день вынесения решения, состав суда считает неприменимым к данной ситуации в силу следующего.
Пунктом 2 статьи 364 Гражданского кодекса Республики Беларусь предусмотрено, что в случае, если иное не предусмотрено законодательством или договором, при определении убытков должны приниматься во внимание цены, существующие в том месте, где обязательство должно быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование добровольно удовлетворено не было – в день предъявления иска.
Ответчик применил расчет исходя из курсов, сложившихся на дату обратной продажи польских злотых и на дату предъявления иска.
Вместе с тем состав суда констатирует, что истец в результате сделки, совершенной ответчиком как комиссионером, не приобрел никакого имущества.
Согласно части третьей статьи 237 Банковского кодекса Республики Беларусь в случае ненадлежащего исполнения платежных инструкций банк обязан возместить клиенту денежные средства, необоснованно списанные с его счета.
При разрешении требования истца о взыскании неустойки состав суда исходил из следующего.
В соответствии с частью 1 статьи 311 Гражданского кодекса Республики Беларусь «неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законодательством или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков».
Согласно статье 312 Гражданского кодекса Республики Беларусь «соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке».
Пунктом 6.2 Договора установлено, что «в случае необоснованного списания средств со счета банк обязан по требованию клиента зачислить соответствующую сумму на счет, а также уплатить на эту сумму неустойку в размере 0,1 % от суммы необоснованно списанных средств за каждый день необоснованного списания».
По мнению состава суда, расчет суммы неустойки, представленный истцом с учетом увеличенных исковых требований, произведен верно и составляет 6 192 025 рублей. Согласно статье 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Состав суда не находит оснований для уменьшения заявленного истцом размера неустойки.
При разрешении требования истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами состав суда исходил из следующего.
В соответствии с частью четвертой статьи 237 Банковского кодекса Республики Беларусь в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения банком платежных инструкций клиента (взыскателя) банк обязан «возместить клиенту (взыскателю) реальный ущерб, в том числе взысканную контрагентами по основному договору неустойку (штраф, пени), примененные уполномоченными государственными органами санкции, а также начислить проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке, установленном гражданским законодательством».
В связи с тем, что истец предъявил требование о возврате необоснованно списанных денежных средств, а ответчик уклонялся от их возврата, считая такое списание правомерным, состав суда находит законной возможность применения статьи 366 Гражданского кодекса Республики Беларусь.
По мнению состава суда, расчет суммы процентов, представленный истцом с учетом увеличенных исковых требований, произведен верно и составляет 2 481 461 рубль.
В отношении заявленных истцом убытков состав суда констатирует, что заявка № 3 была исполнена не в соответствии с указаниями истца и совершена с превышением полномочий в части суммы белорусских рублей, направленных на приобретение польских злотых, в результате чего с банковского счета истца ответчиком были необоснованно списаны денежные средства в размере 22 005 182 рублей, которые составляют убытки истца.
В то же время согласно пункту 1 статьи 365 Гражданского кодекса Республики Беларусь «если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой». Поскольку ни Договор, ни действующее законодательство Республики Беларусь, применимое к отношениям сторон, не содержит норм о возможности взыскания убытков сверх неустойки, состав суда считает применимой данную норму. Также согласно пункту 2 статьи 366 Гражданского кодекса Республики Беларусь, если убытки, причиненные кредитору неправомерным пользованием его денежными средствами, превышают сумму процентов, причитающихся ему, он вправе требовать от должника возмещения убытков в части, превышающей эту сумму.
Поскольку признанный судом ко взысканию с ответчика в пользу истца размер неустойки составляет 6 192 025 рублей, размер процентов составляет 2 481 461 рубль, убытки в пользу истца подлежат взысканию с ответчика в части, не покрытой неустойкой и процентами, в размере 13 331 696 рублей (22 005 182 – 6 192 025 – 2 481 461).
Относительно удовлетворения требования истца о взыскании с ответчика расходов по оплате услуг представителя состав суда исходит из следующего.
На основании статьи 60 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП сторона, в пользу которой вынесено решение, может также требовать возложения на другую сторону понесенных ею разумных издержек, возникших в связи с арбитражным разбирательством, в частности расходов, связанных с защитой своих интересов через представителей. Состав суда считает возможным признать разумными издержками расходы, связанные с защитой интересов через представителя, в размере 2 714 000 белорусских рублей, т.е. требование о взыскании расходов истца по оплате услуг представителя подлежит удовлетворению в полном объеме.
В отношении распределения арбитражных расходов состав суда исходит из следующего.
В соответствии с пунктом 1 статьи 59 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП «стороне, в пользу которой вынесено решение, состав МАС присуждает с другой стороны все понесенные ею необходимые расходы по делу. Если иск удовлетворен частично, расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных требований, а ответчику – пропорционально той части исковых требований, в которой отказано».
Поскольку исковые требования удовлетворяются частично, то арбитражный сбор подлежит удовлетворению в размере 1 554 630 рублей.
На основании изложенного и в соответствии со статьями 290, 291, 311, 312, 366 Гражданского кодекса Республики Беларусь, статьями 200, 237 Банковского кодекса, статьями 3, 4, 16, 36, 40 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 г. «О международном арбитражном (третейском) суде», статьями 2, 4, 5, 37–40, 59 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП состав суда
РЕШИЛ:
Иск удовлетворить частично.
Взыскать с акционерного общества «Б» (Республика Беларусь) в пользу общества с ограниченной ответственностью «А» (Республика Беларусь) убытки в сумме 13 331 696 рублей, неустойку в сумме 6 192 025 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 2 481 461 рубль, расходы, связанные с защитой интересов через представителя, в размере 2 714 000 рублей и 1 554 630 рублей в возврат арбитражного сбора, а всего – 26 273 812 (двадцать шесть миллионов двести семьдесят три тысячи восемьсот двенадцать) рублей.
Срок для добровольного исполнения настоящего решения – 5 (пять) дней с момента его получения ответчиком.