 | Официальная правовая информация |
РЕШЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНОГО АРБИТРАЖНОГО СУДА ПРИ БЕЛОРУССКОЙ ТОРГОВО-ПРОМЫШЛЕННОЙ ПАЛАТЕ
22 января 2010 г. (дело № 819/24-09)
Международный арбитражный суд при БелТПП, рассмотрев в судебных заседаниях, которые состоялись в помещении суда (Республика Беларусь, г. Минск, ул. Коммунистическая, 11, офис 309) 26 мая и 29 июня 2009 года, дело № 819/24-09 по иску акционерного общества «А» (Республика Беларусь) к акционерному обществу «В» (Республика Казахстан) о взыскании 360 354,15 доллара США,
УСТАНОВИЛ:
Позиции сторон
В исковом заявлении акционерное общество «А» (далее – истец) утверждает, что 15 октября 2008 года между ним и акционерным обществом «В» (далее – ответчик) был заключен контракт. Согласно условиям заключенного контракта истец обязан продать ответчику молоко сухое обезжиренное в количестве 300 000 килограмм. Данное обязательство истец выполнил в полном объеме и в соответствии с условиями указанного выше контракта поставил ответчику:
29 октября 2008 года – 50 000 кг сухого обезжиренного молока на сумму 110 000 долларов США – товарно-транспортная накладная;
30 октября 2008 года – 100 000 кг сухого обезжиренного молока на сумму 220 000 долларов США – товарно-транспортные накладные;
31 октября 2008 года – 50 000 кг сухого обезжиренного молока на сумму 110 000 долларов США – товарно-транспортная накладная;
3 ноября 2008 года – 50 000 кг сухого обезжиренного молока на сумму 110 000 долларов США – товарно-транспортная накладная;
5 ноября 2008 года – 50 000 кг сухого обезжиренного молока на сумму 110 000 долларов США – товарно-транспортная накладная.
Итого, в период с 29 октября 2008 года по 5 ноября 2008 года истцом было поставлено ответчику 300 000 сухого обезжиренного молока на общую сумму 660 000 долларов США.
Согласно разделу 5 заключенного сторонами контракта оплата за поставленную продукцию должна была производиться посредством выпуска безотзывного, документарного делимого аккредитива на сумму 660 000 долларов США.
27 октября 2008 года истцом было получено сообщение ОАО «Банк» об открытии аккредитива.
10 ноября 2008 года истец получил письмо ОАО «Банк» об установлении расхождения инвойса с условиями аккредитива. Однако оригиналы документов для внесения изменений были возвращены ответчиком лишь 23 декабря 2008 года, что лишило истца возможности внести соответствующие изменения в инвойс с соответствующим оформлением в таможенных органах Республики Беларусь.
6 января 2009 года истец получил сообщение ОАО «Белагропромбанк» о закрытии аккредитива. Таким образом, посредством аккредитивной формы расчетов оплата за отгруженную продукцию от ответчика не поступила.
Как указано в исковом заявлении, 31 декабря 2008 года истец направил ответчику проект дополнительного соглашения о продлении срока аккредитива до 31 января 2009 года (сопроводительное письмо от 31 декабря 2008 года) Однако ответчик направленное дополнительное соглашение не подписал и ответ на письмо не представил. Это свидетельствует, по утверждению истца, об отсутствии у покупателя намерения производить оплату полученной продукции. 10 января 2009 года истец письмом известил ответчика о необходимости внесения изменений в контракт от 15 октября 2008 года в части изменения формы расчетов. 13 января 2009 года ответчиком был направлен проект дополнительного соглашения, согласно условиям которого «оплата за товар производится в рублях Российской Федерации по курсу Национального банка Российской Федерации, действовавшего на день заключения контракта (курс 26,0871 рубля Российской Федерации – 1 доллар США) на 15 октября 2008 года», которое, как указано в исковом заявлении, первоначально директором истца было подписано. Однако согласно утверждению истца письмом от 11 февраля 2009 года и повторно письмом от 12 февраля 2009 года истцом данное дополнительное соглашение «расторгнуто в одностороннем порядке и «Покупатель» надлежаще извещен об этом».
Тем не менее, как указано в исковом заявлении, покупатель все равно приступил к оплате за полученное сухое обезжиренное молоко в рублях Российской Федерации. По мемориальному ордеру от 12 февраля 2009 года на расчетный счет истца поступили денежные средства в сумме 10 737 000 (десять миллионов семьсот тридцать семь тысяч) рублей Российской Федерации.
Оставшаяся сумма в размере 360 345,15 «покупателем» не оплачена до настоящего времени.
На основании изложенного и руководствуясь статьей 290 Гражданского кодекса Республики Беларусь, истец просил состав суда взыскать с ответчика 360 354,15 доллара США и расходы по уплате арбитражного сбора.
Ответчик в ответе на исковое заявление от 26 мая 2009 года иск не признал, обосновав свою позицию следующим образом.
15 октября 2008 года между ответчиком и истцом заключен контракт на поставку молока сухого обезжиренного. Применимым правом согласно пункту 9.6 контракта является право Республики Беларусь.
В период с 12 ноября 2008 года по 24 ноября 2008 года истцом в адрес ответчика отгружен товар в количестве шести вагонов общим весом согласно сопроводительным документам 300 000 кг на сумму 660 000 долларов США.
Между тем при приемке товара по количественным и качественным показателям упаковки и маркировки в конечном пункте выявлена недостача товара на сумму 605 (шестьсот пять) долларов США, а также обнаружено, что часть доставленного товара на сумму 2860 (две тысячи восемьсот шестьдесят) долларов США имеет поврежденную упаковку. Подтверждением данного обстоятельства является инспекционный отчет независимого эксперта компании «SGS», как это требуется по условиям контракта (пункт 4.3).
10 декабря 2008 года ответчиком в адрес истца направлено уведомление о возмещении стоимости либо о замене товара, доставленного в конечный пункт доставки с поврежденной упаковкой, а также поставить недостающий товар.
Указанное уведомление истец получил 17 декабря 2008 года. Однако данное уведомление последним проигнорировано и по настоящее время поврежденный товар не заменен, стоимость его не возмещена, недостающий товар не поставлен.
Вместе с тем с учетом указанного обстоятельства, а также в связи с истечением срока аккредитива 27 января 2009 года между сторонами было подписано, как утверждает ответчик, дополнительное соглашение № 2 к контракту от 15 октября 2008 года, оформленное посредством факсимильной связи.
Как утверждает ответчик, 27 января 2009 года истец выслал подписанное соглашение по факсу в адрес ответчика, что признается согласно статье 405 Гражданского кодекса Республики Беларусь офертой. В этот же день ответчик получил дополнительное соглашение, подписал его и направил в адрес истца по факсу и почтой, то есть совершил акцепт согласно статье 408 Гражданского кодекса Республики Беларусь.
Согласно заключенному сторонами дополнительному соглашению № 2 цена товара составляет 2,2 доллара США (два доллара двадцать центов США) за один килограмм, а оплата за товар производится в рублях Российской Федерации по курсу Центрального банка Российской Федерации, действовавшего на день заключения контракта (курс 26,0871 рубля Российской Федерации за 1 доллар США) на 15 октября 2008 года. Оплата осуществляется покупателем в течение 30 (тридцати) рабочих дней со дня подписания сторонами дополнительного соглашения к контракту.
Таким образом, как указывает ответчик, стороны изменили порядок оплаты полученной по контракту продукции, в том числе срок оплаты. На основании подписанного сторонами дополнительного соглашения ответчик зарегистрировал 29 января 2009 года новый паспорт сделки с изменившимися условиями платежа. 12 февраля 2009 года ответчиком произведена частичная оплата в сумме 10 737 000 рублей Российской Федерации.
Ответчик подтвердил, что 17 февраля 2009 года и 24 февраля 2009 года в его адрес от истца поступили письма от 13 февраля 2009 года и от 19 февраля 2009 года, согласно которым истец заявлял о расторжении в одностороннем порядке дополнительного соглашения и требовал от ответчика оплату с применением курса доллара США по отношению к рублю Российской Федерации на день оплаты, а также возвратил оригинал упомянутого выше дополнительного соглашения № 2 без подписания.
По мнению ответчика, действия истца являются необоснованными и не соответствовали пункту 12.5 Контракта.
О своем несогласии с позицией истца ответчик сообщил истцу письмом от 24 февраля 2009 года и попросил предоставить оригинал дополнительного соглашения не позднее 25 февраля 2009 года. Ответа на данное письмо не последовало, а ответчик узнал, что истец обратился с иском в Международный арбитражный суд при БелТПП.
Согласно пункту 12.5 контракта стороны взаимно признают документы, оформленные посредством факсимильной связи. При этом сторона, получившая документ посредством факсимильной связи, вправе потребовать от другой стороны предоставления оригинала этого документа, но действительность документа, заключенного по факсимильной связи, не ставится под обязательным условием обмена оригиналами этого документа.
Пункт 2 статьи 404 Гражданского кодекса Республики Беларусь допускает заключение договора путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.
Истцом выставлена в адрес ответчика счет-фактура от 27 января 2009 года на сумму 17 217 486 рублей Российской Федерации, что уже подтверждает, по мнению ответчика, юридическую силу дополнительного соглашения № 2. Кроме того, факт подписания дополнительного соглашения № 2 подтверждается перепиской сторон, а также в исковом заявлении.
Статьи 291, 420, 493 Гражданского кодекса Республики Беларусь и условия контракта не предоставляют право стороне в одностороннем порядке отказываться от исполнения обязательства, а дополнительное соглашение изменило обязательство в соответствующей части.
В заявлении об уточнении искового заявления от 19 июня 2009 года истец поддержал свои исковые требования в полном объеме и одновременно просил суд не учитывать ошибочное указание в исковом заявлении на расторжение дополнительного соглашения № 2 от 27 января 2009 года в одностороннем порядке. Истец полагает, что данное соглашение следует считать недействительным в связи с отсутствием надлежащей письменной формы, принятой между сторонами, а также неакцептировании его истцом.
При этом, как указывает истец, проект дополнительного соглашения № 2 (без подписей и печатей сторон), направленный ответчиком в адрес истца по электронной почте, истец рассматривал в качестве оферты, а текст, подписанный и отправленный истцом ответчику по электронной почте, не считал полноценным акцептом в силу несоблюдения письменной формы. Свои письма от 11 февраля 2009 года и 12 февраля 2009 года о расторжении дополнительного соглашения, направленные ответчику с использованием факсимильной связи и почтовой связи, истец считает отзывом ранее совершенного в ненадлежащей форме акцепта.
Ответчик в письменных пояснениях по заявлению истца, датированных 29 июня 2009 года, указал, что считает утверждение истца о недействительности дополнительного соглашения № 2 от 27 января 2009 года к контракту необоснованным. При этом ответчик указывает на то обстоятельство, что истец подтверждает факты получения по электронной почте проекта дополнительного соглашения № 2, его подписания, направления ответчику сканированного текста по электронной почте, а также получение уведомления о подписании ответчиком дополнения № 2, и необоснованно, вопреки пункту 2 статьи 404 Гражданского кодекса Республики Беларусь, предусматривающему заключение договора в письменной форме путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору, отрицает факт заключения сделки в форме обмена письмами по электронной почте.
Кроме того, счет-фактура истца от 27 января 2009 года поступила от истца к ответчику также по электронной почте, что может рассматриваться как доказательство заключения дополнительного соглашения № 2.
Отказ истца от подписания дополнительного соглашения № 2, полученного по почте, не является, по мнению ответчика, отказом от акцепта.
Компетенция Международного арбитражного суда при БелТПП
Согласно пункту 9.2 заключенного сторонами Контракта, при исполнении которого возник спор, «в случае невозможности разрешения спора путем переговоров, все споры между сторонами в связи с настоящим контрактом подлежат рассмотрению на русском языке в Международном арбитражном суде при Белорусской торгово-промышленной палате в соответствии с регламентом данного суда».
В соответствии с частью второй статьи 4 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года «О международном арбитражном (третейском) суде» в международный арбитражный суд по соглашению сторон могут передаваться гражданско-правовые споры между любыми субъектами права, возникающие, в частности, при осуществлении внешнеторговых и иных видов международных экономических связей, если местонахождение или местожительство хотя бы одного из них находится за границей Республики Беларусь.
В соответствии со статьей 11 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года «О международном арбитражном (третейском) суде», статьей 4 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП арбитражным соглашением является соглашение сторон о передаче на рассмотрение международного арбитражного суда всех или отдельных споров, которые возникли или могут возникнуть из связывающего стороны правоотношения, которое может быть заключено в виде арбитражной оговорки (отдельного положения гражданско-правового договора) или в виде самостоятельного договора.
Таким образом, пункт 9.2 Контракта, заключенного сторонами, представляет собой арбитражную оговорку, которая содержит выраженное в надлежащей форме согласованное волеизъявление сторон о передаче их спора на рассмотрение определенного арбитражного (третейского) органа – в Международный арбитражный суд при Белорусской торгово-промышленной палате, который в настоящее время именуется – Международный арбитражный суд при БелТПП.
Стороны возражений против компетенции Международного арбитражного суда при БелТПП не высказали.
С учетом изложенного состав Международного арбитражного суда при БелТПП компетентен рассматривать данный спор.
Применимое право
Стороны в пункте 9.6 Контракта, при исполнении которого возник спор, прямо согласовали применимое к основанным на Контракте отношениям сторон применимое право, определив таковым право Республики Беларусь. В ходе рассмотрения дела каждая из сторон обосновывала свои требования и возражения также ссылками на материальное право Республики Беларусь. Таким образом, применимым при разрешении настоящего дела материальным правом является право Республики Беларусь.
Рассмотрение спора
Производство по делу было возбуждено 3 марта 2009 года определением Председателя Международного суда при БелТПП.
В исковом заявлении истец назвал основного и запасного арбитров.
В отзыве на исковое заявление от 6 апреля 2009 года ответчик назвал основного и запасного арбитров.
Арбитрами был избран основной и запасной председатель состава арбитражного суда.
Пунктами 9.3–9.5 Контракта, при исполнении которого возник спор, сторонами согласованы следующие условия арбитражного разбирательства: язык арбитражного разбирательства – русский, место проведения арбитража – г. Минск, Республика Беларусь; окончательный характер решения арбитражного суда и его обязательность для сторон.
В судебном заседании 26 мая 2009 года и интересы истца представляли ведущий юрисконсульт, действующая на основании доверенности от 26 мая 2009 года (копия находится в материалах дела), а также сотрудник ООО «П», действующая на основании доверенности от 19 мая 2009 года (копия находится в материалах дела).
Интересы ответчика представлял юрист, действующий на основании доверенности от 3 апреля 2009 года (копия находится в материалах дела).
В судебном заседании представитель истца поддержала заявленные исковые требования и просила взыскать с ответчика основной долг и сумму уплаченного арбитражного сбора, указав, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме, поскольку дополнительное соглашение № 2 является недействительным по указанным выше мотивам.
Представитель ответчика признал факт подписания контракта, наличие задолженности в сумме 244 062,26 доллара США, эквивалентной 6 390 094 рублям Российской Федерации, составляющим разницу между ценой названного контракта с учетом содержания дополнительного соглашения № 2 к нему, с одной стороны, и фактической оплатой в сумме 10 737 000 рублей Российской Федерации, а также недостачи в сумме 90 392 рубля Российской Федерации, с другой стороны, с учетом установленного сторонами в дополнительном соглашении № 2 к контракту курса пересчета долларов США в рубли Российской Федерации, равному 26,0871 рубля Российской Федерации за 1 доллар США.
По ходатайству представителя ответчика и с учетом необходимости представления сторонами дополнительных доказательств судебное заседание было отложено на 29 июня 2009 года.
Во втором судебном заседании по делу, состоявшемся 29 июня 2009 года, интересы сторон представляли те же представители. Кроме того, по ходатайству истца, к участию в заседании был допущен ведущий специалист по правовой работе РУП «Г».
Состав суда исследовал дополнительно представленные доказательства.
Представитель истца признала, что ответчик не должен оплачивать недостачу – 11 мешков продукции на общую сумму 605 долларов США, однако должен оплатить товар с поврежденной упаковкой, так как повреждение произошло не по вине истца, и не было вызвано неправильным складированием.
Представители истца поддержали позицию о взыскании суммы долга в первоначально заявленном размере, за исключением стоимости недостающего товара. Представитель ответчика настаивал на отказе в удовлетворении иска о взыскании 360 354,15 доллара США, признавал долг лишь в сумме 6 390 094 рубля Российской Федерации.
Обоснование решения
Заслушав объяснения представителей сторон, исследовав имеющиеся в деле письменные доказательства, состав суда считает установленным следующее.
15 октября 2008 года между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) был заключен Контракт (далее – Контракт) на поставку молока сухого обезжиренного (далее – товар) в количестве 300 000 килограммов. Согласно пунктам 2.1, 1.5 Контракта цена товара сформирована с учетом биржевых котировок и на момент заключения Контракта, составляет 2,2 доллара США за 1 кг товара. Общая сумма подлежащего поставке товара составляет 660 000 долларов США. Согласно пункту 3.4 Контракта товар в полном объеме должен быть поставлен истцом ответчику в срок до 15 ноября 2008 года.
В статье 5 Контракта стороны установили, что оплата товара производится путем выпуска безотзывного, документарного делимого аккредитива, который должен быть открыт сроком на 65 дней не позднее семи рабочих дней со дня подписания Контракта.
Исполняя свои обязательства по Контракту, истец осуществил следующие поставки товара ответчику:
– 29 октября 2008 года поставлено 50 000 кг товара по накладной;
– 30 октября 2008 года поставлено 100 000 кг товара по накладным;
– 31 октября 2008 года поставлено 50 000 кг товара по накладной;
– 3 ноября 2008 года поставлено 50 000 кг товара по накладной;
– 5 ноября 2008 года поставлено 50 000 кг товара по накладной.
Всего согласно указанным накладным истец поставил ответчику 6 железнодорожными вагонами товар в количестве 300 000 килограмм общей стоимостью согласно Контракту 660 000 долларов США.
Все поставки подтверждаются накладными, копии которых находятся в материалах дела. Факт заключения договора, а также факт осуществления истцом указанных выше поставок не оспариваются сторонами.
В то же время согласно утверждению представителя ответчика при приемке товара выявлена недостача товара в количестве 11 мешков на сумму 605 долларов США, а также повреждение товара в количестве 52 мешков на сумму 2860 долларов США. В подтверждение своих доводов о недостаче и повреждении товара ответчик представил копию инспекционного отчета ООО «G», сертификат (копия находится в материалах дела), а также письмо ответчика в адрес истца от 10 декабря 2008 года.
Согласно данного инспекционного отчета (раздел «Количество и вес») в поступивших в адрес ответчика от истца 6 железнодорожных вагонах фактически находилось 11 989 мешков вместо указанных в товаросопроводительных документах 12 000 мешков (недостача составляет 11 мешков). Кроме того, согласно указанному инспекционному отчету 52 мешка были повреждены.
Оценивая доводы сторон относительно наличия недостачи 11 мешков поставляемого товара, состав суда исходит из того, что в судебном заседании представитель истца признала наличие недостачи в количестве 11 мешков и согласилась с тем, что ответчик не должен оплачивать поставленный товар в данной части. С учетом изложенного состав суда считает установленным факт недостачи товара в количестве 11 мешков или 275 кг (11 мешков х 25 кг) без оценки юридического значения по делу инспекционного отчета ООО «G» и его соответствия условиям Контракта, а также без исследования иных имеющих отношение к недостаче доказательств. Стоимость недопоставленного товара составила 605 долларов США (275 кг х 2,2 доллара США).
Оценивая доводы сторон о наличии в поставленном товаре поврежденных мешков, состав суда исходит из следующего. Согласно пункту 7.4 Контракта Поставщик возмещает стоимость или же производит замену товара, доставленного в конечный пункт доставки с поврежденной упаковкой, образовавшиеся вследствие неправильной укладки товара в транспортное средство.
Ссылаясь на упомянутый выше инспекционный отчет ООО «G», ответчик полагает, что факт поставки товара с поврежденной упаковкой подтвержден надлежащими доказательствами. Истец полагает, что представленными доказательствами не подтвержден данный факт, а также причинная связь между повреждением товара и неправильной укладкой товара в транспортное средство, а значит, согласно пункту 7.4 Контракта на поставщике не лежит обязанность возмещения покупателю стоимости товара с поврежденной упаковкой или его замены.
При таких обстоятельствах состав суда констатирует, что установить факт поставки товара в поврежденных мешках, а также причины повреждения упаковки по имеющимся в деле доказательствам невозможно. Представитель ответчика сообщил составу суда об отсутствии у него оригинала инспекционного отчета ООО «G», а также о невозможности предоставления иных доказательств, подтверждающих повреждение товара. С учетом изложенного, по мнению состава суда, факт поставки товара в поврежденной упаковке следует считать не доказанным и данное обстоятельство не должно учитываться при разрешении спора.
Таким образом, по мнению состава суда, с учетом недостачи товара в сумме 605 долларов США истцом в рамках Контракта поставлен ответчику товар на общую сумму 659 395 долларов США (660 000 долларов США – 605 долларов США).
Как явствует из объяснений сторон и материалов дела, для оплаты поставленного по Контракту товара ответчиком был выставлен в адрес истца аккредитив, однако срок его действия истек, в связи с чем стороны вступили в переговоры по изменению порядка оплаты товара и совершили ряд юридически значимых действий, направленных на такое изменение.
Состав суда констатирует, что причины истечения срока действия аккредитива и взаимосвязь этого обстоятельства с неисполнением или ненадлежащим исполнением какой-либо из сторон своих обязанностей по Контракту находится за рамками предмета доказывания по настоящему делу, в связи чем состав суда данным фактом правовую оценку не дает. Представители сторон в ходе судебного разбирательства дела согласились с данным выводом.
Как явствует из материалов дела и объяснений сторон, существовали различные проекты изменений и дополнений к контракту. По мнению состава суда, основополагающим для разрешения дела обстоятельством является наличие, содержание и юридическая сила дополнительного соглашения № 2 от 27 января 2009 года к Контракту (далее – Дополнительное соглашение № 2), копия которого была приложена истцом к исковому заявлению.
Согласно Дополнительному соглашению № 2 пункт 2.1 Контракта излагается в новой редакции: «2.1. Цена товара составляет 2,2 (два доллара двадцать) центов США за один килограмм, а оплата за товар производится в рублях Российской Федерации по курсу Центрального банка Российской Федерации, действовавшего на день заключения Контракта (курс 26,0871 рубля Российской Федерации за 1 доллар США) на 15 октября 2008 года.». Кроме того, согласно Дополнительному соглашению № 2 в новой редакции изложен пункт 2.2 Контракта: «2.2. Валютой платежа по настоящему контракту является рубль Российской Федерации».
Согласно Дополнительному соглашению № 2 изложены в новой редакции также пункты 5.1, 5.2, 5.3 Контракта. Согласно новой редакции пункта 5.1 Контракта оплата поставляемого товара должна производится покупателем посредством перечисления денежных средств в сумме 17 217 486 (семнадцать миллионов двести семнадцать тысяч четыреста восемьдесят шесть) рублей Российской Федерации в течение 30 (тридцати) рабочих дней со дня подписания сторонами Дополнительного соглашения № 2. Пункты 5.4–5.6, 5.8–5.10 из Контракта исключены.
Согласно позиции ответчика Дополнительное соглашение № 2 заключено сторонами в надлежащей форме, является юридически действительным, порождает юридические последствия, содержание прав и обязанностей сторон по Контракту необходимо определять с учетом содержания Дополнительного соглашения № 2.
Позиция истца относительно Дополнительного соглашения № 2 в ходе рассмотрения дела подверглась изменениям. В исковом заявлении истцом было указано, что Дополнительное соглашение № 2 было подписано директором истца, однако впоследствии было расторгнуто поставщиком в одностороннем порядке, о чем покупатель был уведомлен. В заявлении же от 19 июня 2009 года об уточнении искового заявления истец указал, что Дополнительное соглашение № 2 является недействительным в связи с несоблюдением простой письменной формы и просил состав суда не учитывать содержащееся в исковом заявлении «ошибочное указание на расторжение истцом Дополнительного соглашение № 2 в одностороннем порядке».
Оценивая наличие и юридическую силу Дополнительного соглашения № 2, состав суда исходит из следующего.
В соответствии с пунктом 2 статьи 1116 Гражданского кодекса (ГК) Республики Беларусь внешнеэкономическая сделка, хотя бы одним из участников которой является юридическое лицо Республики Беларусь или гражданин Республики Беларусь, совершается независимо от места заключения сделки в письменной форме.
Согласно пункту 3 статьи 163 ГК Республики Беларусь несоблюдение простой письменной формы внешнеэкономической сделки влечет недействительность сделки.
Пункт 2 статьи 404 ГК Республики Беларусь устанавливает, что «договор в письменной форме может быть заключен путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору».
Согласно объяснениям представителей сторон в судебном заседании проект Дополнительного соглашения № 2, не содержащий подписей сторон, 25 или 26 января 2009 года был направлен ответчиком истцу по электронной почте. Истец по получении данного сообщения подписал указанное Дополнительное соглашение № 2, скрепил его своей печатью и направил сканированную версию данного документа ответчику по электронной почте 27 января 2009 года. Ответчик получил от истца электронное сообщение, содержащее отсканированный текст Дополнительного соглашения № 2 с подписью и печатью истца 28 января 2009 года.
Оценивая объяснения представителей сторон, а также иные доказательства по делу (идентичные копии дополнительного соглашения № 2, представленные истцом и ответчиком, письма истца и ответчика, подтверждающие факт подписания данного документа), состав суда констатирует, что каждая из сторон в надлежащей письменной форме выразила свое волеизъявление на заключение Дополнительного соглашения № 2, подписав тождественный текст.
В частности, истец в своем заявлении от 19 июня 2009 года об уточнении искового заявления подтверждает, что проект Дополнительного соглашения № 2 (без подписей и печатей сторон) был отправлен ответчиком в адрес истца посредством электронной почты, получен истцом, подписан и также в электронном виде отправлен в адрес ответчика. Тем самым, истец подтверждает, что он в надлежащей письменной форме выразил свое волеизъявление на заключение Дополнительного соглашения № 2 и уведомил об этом ответчика. Ответчик также выразил в надлежащей письменной форме свое волеизъявление на заключение Дополнительного соглашения № 2, подписав 28 января 2009 года его текст, не подписанный потом истцом в оригинале, и направив данное Дополнительное соглашение № 2 в адрес истца в этот же день. Согласно утверждению истца в заявлении от 19 июня 2009 года об уточнении искового заявления подписанный ответчиком оригинал Дополнительного соглашения № 2 был получен истцом по почте 17 февраля 2009 года, что подтверждается также письмом районного узла почтовой связи филиала РУП «Белпочта» от 29 мая 2009 года.
Таким образом, каждая из сторон в надлежащей письменной форме выразила свое волеизъявление на заключение Дополнительного соглашения № 2, подписало его и скрепило печатью приблизительно в одно и то же время (25–28 января 2009 года), каждая из сторон уведомила другую сторону о подписании Дополнительного соглашения № 2 посредством направления сообщения по электронной почте и (или) традиционной почтовой связью.
При таких обстоятельствах состав суда считает, что Дополнительное соглашение № 2 заключено в надлежащей письменной форме, соответствует нормам применимого права, и основания считать Дополнительное соглашение № 2 недействительным не имеется.
Направление сторонами друг другу сообщений и отсканированных экземпляров документов с использованием электронной почты, по мнению суда, является формой коммуникации и соответствует Контракту и обычаям делового оборота. При этом установлено, что каждая из сторон свое волеизъявление на заключение Дополнительного соглашения выразила в обычной письменной форме, подписав текст собственноручно.
Оценивая доводы сторон относительно Дополнительного соглашения № 2, состав суда также констатирует, что истец признал в исковом заявлении подписание директором истца Дополнительного соглашения № 2, которое якобы в дальнейшем было расторгнуто истцом в одностороннем порядке. Дальнейшее изменение истцом правовой позиции относительно заключения Дополнительного соглашения № 2 свидетельствует о непоследовательности истца в оценке фактических обстоятельствах дела и потому оценивается составом суда критически.
В то же время, хотя истец в своем заявлении от 19 июня 2009 года об уточнении искового заявления отказался от довода об одностороннем расторжении им Дополнительного соглашения № 2, а просил считать данное дополнительное соглашение недействительным, состав суда считает необходимым констатировать, что первоначальная позиция истца, выраженная в исковом заявлении, о том, что Дополнительное соглашение № 2 было расторгнуто истцом в одностороннем порядке, не соответствует применимому праву. Так, согласно пункту 1 статьи 420 ГК Республики Беларусь «изменение и расторжение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом и иными актами законодательства или договором». Ни законодательство Республики Беларусь, регулирующее правоотношения по купле-продаже (поставке), ни Контракт не дают истцу (поставщику) право на одностороннее расторжение контракта без каких бы то ни было оснований.
Кроме того, оценивая юридически значимые действия сторон, состав суда констатирует, что 12 февраля 2009 года ответчик оплатил истцу за поставленный по Контракту товар 10 737 000 рублей Российской Федерации, что подтверждается мемориальным ордером от 12 февраля 2009 года, копия которого имеется в материалах дела. Платеж был совершен в рублях Российской Федерации и принят истцом в счет исполнения ответчиком обязательств по Контракту, что также свидетельствует о признании истцом юридической силы Дополнительного соглашения № 2, содержащего условие о расчетах между сторонами в рублях Российской Федерации.
Доводы истца о том, что письмами от 11 февраля 2009 года и от 12 февраля 2009 года истец отозвал «сделанный ранее в ненадлежащей форме акцепт», состав суда также оценивает критически. Во-первых, по мнению состава суда, к указанному моменту Дополнительное соглашение № 2 уже было заключено, являлось действующим и порождало юридические последствия. Во-вторых, содержание указанных писем также не свидетельствует о том, что истец отзывает ранее совершенный акцепт. Так, в письме от 11 февраля 2009 года истец ссылается на дополнительное соглашение № 1 к Контракту (а не на дополнительное соглашение № 2). В письме же от 12 февраля 2009 года истец указывает, что Дополнительное соглашение № 2 расторгнуто истцом в одностороннем порядке. Оценка правомерности одностороннего расторжения дополнительного соглашения дана составом суда выше. Кроме того, 12 февраля 2009 года на банковский счет истца уже поступил от ответчика платеж в сумме 10 737 000 рублей Российской Федерации, который, как указано выше, принят истцом. При таких обстоятельствах, указанные письма истца, не содержащие четкого содержания волеизъявления истца относительного Дополнительного соглашения № 2 и противоречащие его одновременно совершенным юридически значимым действиям, не могут быть положены в основу решения.
Таким образом, состав суда считает установленным, что Дополнительное соглашение № 2 является действительным и порождающим юридические последствия, изменяющим некоторые положения первоначального текста Контракта.
В частности, общая контрактная стоимость товара, подлежащая согласно Дополнительному соглашению № 2 оплате ответчиком, определяется в рублях Российской Федерации по курсу Центрального банка Российской Федерации, действовавшему на день заключения Контракта – 15 октября 2008 года (26,0871 рубля Российской Федерации за 1 доллар США) и составляет 17 217 486 рублей Российской Федерации. В то же время стоимость недостающего товара составила 605 долларов США (или исходя из указанного выше курса пересчета – 15 782,70 рубля Российской Федерации).
Стоимость товара, подлежащая оплате ответчиком, составляет 17 201 703,30 (17 217 486 – 15 782,7) рубля Российской Федерации.
Поскольку 12 февраля 2009 года ответчик оплатил истцу 10 737 000 рублей Российской Федерации, остаток задолженности ответчика перед истцом по оплате поставленного товара составляет 6 464 703,30 рубля Российской Федерации (17 201 703,30 – 10 737 000).
Согласно пунктам 1, 5 статьи 424 ГК Республики Беларусь по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать имущество (вещь, товар) в собственность, хозяйственное ведение, оперативное управление (далее для целей настоящего раздела – в собственность, если из существа обязательства и статуса стороны в обязательстве не вытекает иное) другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять это имущество и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). К отдельным видам договора купли-продажи (розничная купля-продажа, поставка товаров, поставка товаров для государственных нужд, энергоснабжение, контрактация, продажа недвижимости, продажа предприятия) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом и иными актами законодательства об этих видах договоров.
Согласно статье 476 ГК Республики Беларусь по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования их в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.
Согласно пунктам 1, 3 статьи 456 ГК Республики Беларусь покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными актами законодательства или договором купли-продажи либо не вытекает из существа обязательства. Если покупатель своевременно не оплачивает переданный в соответствии с договором товар, продавец вправе потребовать оплаты товара.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 486 ГК Республики Беларусь покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если договором поставки предусмотрено, что оплата товаров осуществляется получателем (плательщиком), и последний необоснованно отказался от оплаты либо не оплатил товары в установленный договором срок, поставщик вправе потребовать оплаты поставленных товаров от покупателя.
Пунктом 5.1 Контракта (в редакции Дополнительного соглашения № 2) установлено, что оплата поставленного по Контракту товара осуществляется в течение 30 (тридцати) рабочих дней со дня подписания сторонами Дополнительного соглашения № 2 к контракту. За дату подписания Дополнительного соглашения № 2 состав суда принимает дату, указанную в представленных обеими сторонами копиях данного Дополнительного соглашения, – 27 января 2009 года, поэтому поставленный товар должен был быть оплачен покупателем не позднее 10 марта 2009 года.
Поскольку ответчиком задолженность по оплате товара в сумме 6 464 703,30 рубля Российской Федерации не оплачена, указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.
В удовлетворении исковых требований в остальной части надлежит отказать.
Распределение арбитражных расходов
В соответствии с п. 1 ст. 59 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП в случае, если иск удовлетворен частично, расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных требований.
Исковые требования истца удовлетворяются составом суда в размере 6 464 703,3 рубля Российской Федерации (или 247 812,26 доллара США по установленному соглашением сторон курсу пересчета: 1 доллар США равен 26,0871 рубля Российской Федерации), что составляет 68,7691 % от заявленной истцом цены исковых требований (360 354,15 доллара США).
Общий размер арбитражного сбора по делу составляет 10 942,82 евро, соответственно, с ответчика подлежит взысканию в пользу истца в возмещение расходов по уплате арбитражного сбора 7 525,28 евро (10 942,82 х 68,7691 %).
На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 404, статьями 456, 476, 486 Гражданского кодекса Республики Беларусь, статьями 36, 37, 40 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 г. «О международном арбитражном (третейском) суде», статьями 2, 4, 37–40, 59 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП, состав суда
РЕШИЛ:
Иск удовлетворить частично.
Взыскать с акционерного общества «В» (Республика Казахстан) в пользу акционерного общества «А» (Республика Беларусь) 6 464 703,3 (шесть миллионов четыреста шестьдесят четыре тысячи семьсот три и тридцать сотых) рубля Российской Федерации основного долга и в возмещение расходов по уплате арбитражного сбора 7525,28 (семь тысяч пятьсот двадцать пять и двадцать восемь сотых) евро.
В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.
Срок для добровольного исполнения настоящего решения – 5 (пять) дней с момента его получения ответчиком.