14Май 2019

Перестройка арбитража и третейского разбирательства в Российской Федерации, Республике Казахстан и предстоящая реформа в Республике Беларусь (сравнительный анализ)

В предлагаемой статье мы сравниваем правовые нормы действующего законодательства о третейских судах в отношении содержания понятия «третейский суд», специализированных третейских судов, а также возможные варианты улучшения их правового регулирования с учетом реалий жизни, актуальных научных исследований и зарубежного опыта.

В статье также подчеркивается необходимость совершенствования порядка разрешения и урегулирования правовых споров, в том числе путем комбинирования третейского разбирательства по указанным спорам с примирительными процедурами, в частности, с медиацией.


Одним из весомых резонов высокой актуальности настоящей статьи является тот факт, что в плане подготовки законопроектов на 2019 год1 значится проект Закона Республики Беларусь «Об изменении Закона Республики Беларусь «О третейских судах» в целях его совершенствования с учетом практики его применения.

Используя выражение «одним из весомых резонов», мы подразумеваем наличие для нашего государства, для проживающих в нем граждан и действующих предпринимателей, для работающих в нем отечественных и иностранных инвесторов, и иных не менее значимых причин. В том числе, вытекающих из международных договоров Республики Беларусь ее же международных обязательств.

Таких, например, как Договор о ЕАЭС, предусматривающий порядок разрешения инвестиционных споров по выбору инвестора, в том числе с помощью:

1) суда государства-реципиента, компетентного рассматривать соответствующие споры, то есть расположенного в данном случае на территории Республики Беларусь;

2) международного коммерческого арбитража при торговой палате любого государства, согласованного участниками спора;

3) арбитражного суда adhoc, который, если стороны спора не согласятся на иное, должен быть создан и действовать согласно Арбитражному регламенту Комиссии Организации Объединенных Наций по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ);

4) Международного центра по урегулированию инвестиционных споров, созданного в соответствии с Конвенцией об урегулировании инвестиционных споров между государствами и физическими или юридическими лицами других государств от 18 марта 1965 года2.

Стоит напомнить также о Конвенции ООН 1958 года3, известной для экономических судов, судебных исполнителей, предпринимателей и иных лиц в Беларуси, а также в европейском ее варианте, нацеленном на развитие европейской торговли в отношениях между физическими и юридическими лицами различных европейских стран4 и иных.

Среди других важных причин можно, в частности, назвать и такие:

объективное вовлечение Республики Беларусь в глобализационные процессы, ее тяготение к участию в ВТО и иных международных организациях;

разработка соответствующих внутренних нормативных правовых актов, которые бы соответствовали международным принципам и правилам;

наработка национальной практики применения актов международного права;

подготовка национальных квалифицированных кадров, способных грамотно и умело участвовать в арбитражных процедурах, непредвзято оценить преимущества, выгоды, недостатки и риски, вытекающие от участия в международных проектах.

Все изложенное выше имеет непосредственное отношение к теме настоящей статьи. Потому что наши соседи-государства, союзники по многим межгосударственным и интеграционным договорам и проектам, например, совсем недавно осуществили похожие эволюции в отношении законодательства об арбитраже и третейском разбирательстве.

Так, в Российской Федерации в декабре 2015 года был принят, а в 2018 году дополнен Закон об арбитраже (третейском разбирательстве)5.

Данные правовые акты, как отмечают исследователи, существенным образом изменили регулирование третейского судопроизводства, как в сфере внутренних споров, так и в сфере международного коммерческого арбитража. Они содержат «…значительное количество изменений и нововведений: среди них можно выделить ключевые моменты, которые влияют на взаимоотношения участников гражданского оборота»6.

В частности, Закон об арбитраже5 установил для определения арбитрабельности следующую общую формулу: в арбитраж (третейское разбирательство) по соглашению сторон могут передаваться споры между сторонами гражданско-правовых отношений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ст. 1).

Для российского законодателя характерным достоинством в данном случае оказался и комплексный подход к решению проблемы разграничения подведомственности споров между государственными и третейскими судами. То есть, практически одновременно были внесены изменения и дополнения в Арбитражный процессуальный кодекс РФ7 и Гражданский процессуальный кодекс РФ8.

Не вдаваясь в подробности, среди существенных новелл и дополнений следует обратить внимание на следующие, которые отмечают и сами российские коллеги правоведы:

«…арбитражная реформа должна была минимизировать, а в идеале исключить возможность злоупотреблений, прежде всего путем жесткого ограничения доступа на рынок арбитражных услуг. Соответственно, поскольку система сдержек была заложена в законодательстве об арбитражной реформе, законодатель обоснованно посчитал необходимым ограничить усмотрение судов в отношении признания тех или иных категорий споров неарбитрабельными и сузить круг неарбитрабельных споров»9.

В соответствии с новой редакцией части 2 ст. 33 АПК РФ7 не могут быть переданы на рассмотрение третейского суда подведомственные арбитражным судам:

– споры о несостоятельности (банкротстве);

– споры об отказе в государственной регистрации, уклонении от государственной регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей;

– споры, возникающие из отношений, регулируемых законодательством Российской Федерации о приватизации государственного и муниципального имущества;

– споры, возникающие из отношений, регулируемых законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд;

– споры, возникающие из отношений, связанных с возмещением вреда, причиненного окружающей среде;

– часть корпоративных споров.

Согласно ст. 22.1 ГПК РФ8 не могут быть переданы на рассмотрение третейского суда подведомственные судам:

1) дела особого производства;

2) споры, возникающие из семейных отношений, в том числе споры, возникающие из отношений по распоряжению опекунами и попечителями имуществом подопечного, за исключением дел о разделе между супругами совместно нажитого имущества;

3) споры, возникающие из трудовых отношений;

4) споры, возникающие из наследственных отношений;

5) споры, возникающие из отношений, регулируемых законодательством РФ о приватизации государственного и муниципального имущества;

6) споры, возникающие из отношений, регулируемых законодательством РФ о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд;

7) споры о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью;

8) споры о выселении граждан из жилых помещений;

9) споры, возникающие из отношений, связанных с возмещением вреда, причиненного окружающей среде и иные.

Положения отдельных статей Закона об арбитраже5 применяются в отношении организации не только арбитража внутренних споров, но и международного коммерческого арбитража, местом которого является Российская Федерация.
Например, единые правила установлены в отношении применения процедуры медиации к спору, который находится на разрешении в арбитраже (ст. 49).

Применение процедуры медиации допускается на любой стадии арбитража. По сути, эти правовые нормы обязывают третейский суд вынести постановление о проведении сторонами арбитража процедуры медиации и приостановить рассмотрение спора в порядке арбитража в случае, если любая из сторон заявит соответствующее ходатайство, и стороны представят третейскому суду соглашение о проведении процедуры медиации.

Впервые предусмотрена возможность применения процедуры медиации в ходе третейского разбирательства в отношении международного коммерческого арбитража.

Но действие Закона РФ о международном коммерческом арбитраже10 сохранено.

Нормы п. 6 ст. 1 Закона об арбитраже5 стали основой развития арбитража в спортивной отрасти. В 2016 году в Законе о спорте РФ11 появилась глава 5.1. «Рассмотрение споров в профессиональном спорте и спорте высших достижений».

Правовые нормы указанной главы достаточно подробно регулируют:

статус постоянно действующего арбитражного учреждения, администрирующего арбитраж (третейское разбирательство) споров в профессиональном спорте и спорте высших достижений, включая индивидуальные трудовые споры;

категории споров, рассматриваемых третейским судом в рамках арбитража (третейского разбирательства) в профессиональном спорте и спорте высших достижений;

статус иностранных арбитражных учреждений в спортивных спорах;

досудебный порядок урегулирования споров в области физической культуры и спорта.

Таким образом, обстоятельное и профессиональное отношение к Закону об арбитраже5 привело к расширению возможностей арбитража в целом ряде новых сфер общественных отношений, к сокращению нагрузки на государственные суды, к уменьшению областей с преобладанием государственного регулирования.
В Республике Казахстан в апреле 2016 года был принят Закон об арбитраже12.

Он применяется в отношении споров, возникших из гражданско-правовых отношений с участием физических и (или) юридических лиц, независимо от места жительства или места нахождения субъектов спора внутри государства или за его пределами, разрешаемых арбитражем, если иное не установлено законодательными актами Республики Казахстан (ст. 1). Закон Республики Казахстан от 28 декабря 2004 года «О международном арбитраже» признан утратившим силу.

Судя по тексту изменений и дополнений, внесенных в указанный Закон12 в январе 2019 года, он востребован на практике13.

Из конкретных правовых норм казахстанского Закона об арбитраже12, которые на наш взгляд, заслуживают внимания, следует назвать такие, как:

– правило-принцип эстоппель сформулировано и нормативно оформлено в форме отказа от права на возражение (ст. 6). Оно же имеется и в российском Законе об арбитраже5 (ст. 4). То есть, если сторона, которая знает о том, что какое-либо диспозитивное положение закона или какое-либо требование, предусмотренное арбитражным соглашением, не было соблюдено, и тем не менее продолжает участвовать в арбитраже, не заявив возражений против такого несоблюдения без неоправданной задержки, а если для этой цели предусмотрен какой-либо срок, в течение такого срока, она считается отказавшейся от своего права на возражение;

– более узкий перечень дел и споров, которые не подведомственны арбитражу (ст. 8). В частности, арбитражу не подведомственны споры, по которым затрагиваются интересы несовершеннолетних лиц, лиц, признанных в порядке, установленном законом, недееспособными или ограниченно дееспособными, о реабилитации и банкротстве, между субъектами естественных монополий и их потребителями, между государственными органами, субъектами квазигосударственного сектора, а также споры, возникающие из личных неимущественных отношений, не связанных с имущественными и некоторые корпоративные споры.

– нормы об Арбитражной палате Казахстана – некоммерческой организации, представляющей собой объединение постоянно действующих арбитражей, арбитров, создаваемой в целях обеспечения благоприятных условий для реализации, стимулирования и поддержки деятельности арбитражей в Республике Казахстан (глава 2);

– возможность проведения арбитражного заседания или его части по ходатайству сторон либо инициативе арбитража с использованием видео-конференц-связи и иных программ, технических средств (ст. 32). В российском Законе об арбитраже5 (ст. 27) – только по соглашению сторон слушание дела в заседании третейского суда может проводиться путем использования систем видео-конференц-связи;

– наличие права сторон арбитражного разбирательства урегулировать спор с помощью медиации (ст. 31) и обязанность третейского суда прекратить производство по делу в случае мирового соглашения или соглашения об урегулировании спора с помощью медиации (ст. 46) и многие другие.
В Республике Беларусь Закон о третейских судах14 был принят одним из последних на постсоветском пространстве – только в 2011 году.

С одной стороны, упущено много времени для того, чтобы эффективно развивать третейское разбирательство как элемент гражданского общества и альтернативу государственному правосудию.

С другой стороны, у инициаторов и разработчиков Закона о третейских судах14 была неплохая возможность изучить и учесть позитивный и негативный опыт других стран по применению аналогичных законов.

За прошедшее время с момента принятия и последнего изменения Закона о третейских судах14 в Беларуси было создано более двух десятков третейских судов15, начала складываться определенная и разнообразная практика их деятельности, а также судебная практика государственных судов по оценке решений третейских судов и их исполнения.

Например, были случаи, когда:

третейский суд одно требование истца удовлетворил полностью и два других – частично и это решение не обжаловалось16;

третейский суд утвердил мировое соглашение между сторонами по спору о взыскании долга по договору аренды17;

определением экономического суда Гродненской области, оставленным без изменения судебной коллегией по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь, было отказано в удовлетворении заявления о признании и приведении в исполнение решения третейского суда при Торгово-промышленной палате Московской области18;

экономический суд г. Минска определил признать и привести в исполнение решение Рижского международного третейского суда19;

решением спортивного третейского суда при ОО «Белорусский республиканский союз юристов» требование о снижении срока дисквалификации спортсменов удовлетворено, срок дисквалификации спортсменов снижен, поскольку вина спортсменов являлась незначительной, что подтверждено установленными обстоятельствами20.

Не удивительно, что интерес к третейскому разбирательству и самим третейским судам вырастает, чем объясняется, в том числе, появившиеся научные исследования по теме третейских судов и достаточно активная публикационная деятельность белорусских юристов различных категорий. В них указывается и на необходимость совершенствования законодательства о третейских судах.

В частности, такие предложения излагались в публикациях юристов Кулаковского С.Л. и Вабищевич Н.В.21, адвоката Клиндухова А.О.22, председателя третейского суда Бородули В.А.23, профессора Каменкова В.С.24 и иных.

Авторы настоящей статьи также имеют свои суждения по совершенствованию Закона о третейских судах14.

Так, один из авторов настоящей статьи (Витко П.Ф.) предлагает дополнить его рядом новых норм и внести некоторые изменения в уже действующие с учетом не только практики применения названного Закона, но и практики проведения как до, так и после возбуждения дела в третейском суде медиации в соответствии с Законом Республики Беларусь «О медиации»25.

В частности, предлагается расширить содержание одного из принципов деятельности третейского суда: принципа содействия сторонам в достижении ими мирового соглашения на любой стадии третейского разбирательства. И привести нормы Закона14 в соответствие с современной европейской тенденцией развития юрисдикционной деятельности по содействию сторонам в их примирении с использованием любых способов, в том числе медиации, на любой стадии третейского процесса.

Кроме того, предлагается закрепить на законодательном уровне ряд правил, в частности, правил о том, что:

– третейское соглашение может быть заключено в одном документе с соглашением о медиации;

– третейское соглашение не является препятствием для обращения к медиатору по любому спору, являющемуся предметом третейского соглашения;

– в третейском соглашении могут содержаться не только сведения о количестве третейских судей, месте, языке третейского разбирательства, и иные сведения, предусмотренные настоящим Законом14, но и сведения о праве третейского судьи, отвечающего требованиям Закона Республики Беларусь «О медиации»25, провести на любой стадии третейского разбирательства медиацию или использовать иные способы примирения сторон, не противоречащие законодательству Республики Беларусь, в целях достижения сторонами мирового соглашения, о праве третейского судьи, принявшего участие в медиации, ссылаться в ходе третейского разбирательства на информацию, полученную в ходе медиации, о мнениях или предложениях, высказанных одной из сторон в отношении возможного урегулирования спора, равно как и о готовности одной из сторон принять предложение другой стороны об урегулировании спора;

заявлениях и признаниях, сделанных одной из сторон;

– истец при обращении в третейский суд обязан указать в исковом заявлении сведения о наличии медиативного соглашения по тому же спору или по части требований, между теми же сторонами;

– стороны третейского разбирательства вправе заявлять ходатайства о проведении медиации и иных процедур примирения сторон, не противоречащих законодательству Республики Беларусь;

– возможность принятия третейским судом не только решений об утверждении мировых соглашений, но и решений об утверждении медиативных соглашений, в том числе о принятии решений, которыми бы одновременно могли утверждаться медиативные соглашения и разрешались по существу иные требования, которые не были урегулированы в процессе медиации.

Витко П.Ф. также предлагает использовать опыт развития законодательства в указанной сфере в Российской Федерации. В этой связи предлагается закрепить в Законе о третейских судах14 следующие нормы:

– норму о возможности заключать третейское соглашение путем его включения в устав коммерческой организации для распространения действия такого соглашения на корпоративные споры между участниками юридического лица.

Закрепить в Законе возможность заключения третейского соглашения путем его включения в правила торгов, которые зарегистрированы в соответствии с законодательством Республики Беларусь. Предусмотреть, что такое третейское соглашение является третейским соглашением участников торгов, сторон договора, заключенного на торгах в соответствии с правилами торгов;

– норму, устанавливающую презумпцию действительности и исполнимости третейского соглашения при возникновении сомнений в его действительности и исполнимости;

– норму, общественные отношения, возникающие на практике в связи с переменой лиц в обязательстве, в отношении которого заключено третейское соглашение. Предлагается установить, что в таком случае третейское соглашение действует в отношении как первоначального, так и нового кредитора, а также как первоначального, так и нового должника;

– норму о том, что если стороны не договорились об ином, третейское соглашение по спору, возникающему из договора или в связи с ним, распространяется и на любые сделки между сторонами третейского соглашения, направленные на исполнение, изменение или расторжение указанного договора;

– норму о том, что соглашение, содержащееся в договоре, распространяется также на любые споры, связанные с заключением договора, его вступлением в силу, изменением, прекращением, действительностью, в том числе с возвратом сторонами всего исполненного по договору, признанному недействительным или незаключенным, если иное не следует из самого третейского соглашения;

– норму о том, что правила третейского разбирательства, на которые ссылается третейское соглашение по умолчанию являются неотъемлемой частью третейского соглашения, за исключением тех условий, которые в соответствии с законом могут быть согласованы только прямым соглашением сторон.

Вышеназванные новеллы позволят:

расширить возможности граждан и субъектов хозяйствования в выборе средств урегулирования конфликтов с целью обеспечения своих прав и законных интересов,

учесть мировые тенденции развития третейского разбирательства как одного из видов альтернативных способов разрешения частноправовых споров,

создадут условия не только для комбинирования третейского разрешения частноправового спора с его урегулированием, как правового конфликта, путем примирения сторон, но и обеспечат гибкость третейского разбирательства, как способа альтернативного разрешения споров, и достижение наибольшего эффекта в зависимости от обстоятельств конкретного спора и потребностей сторон.

Другой автор (Каменков В.С.) предлагает предусмотреть в новой редакции Закона о третейских судах14 новшества, озвученные выше и предусмотренные в законодательстве об арбитраже Российской Федерации и Республики Казахстан, а также право третейского суда при рассмотрении конкретного дела:

– приостанавливать производство по делу при наличии ходатайства о медиации, а также при наличии смежных споров и иных возможных оснований;

– запрашивать информацию от иных третейских судов, а также государственных судов и иных организаций информацию, необходимую для рассмотрения дела при наличии смежных дел и споров.

Кроме того, авторы данной статьи полагают, что в Республике Беларусь назрела необходимость принятия программного нормативного правового акта, позволяющего систематизировать на государственном или общественном уровне взгляды относительно альтернативных способов разрешения спора, к числу которых относятся и примирительные процедуры, определить основные направления и этапы развития законодательства в этой области.

______________________________

1 Об утверждении плана подготовки законопроектов на 2019 год: Указ Президента Республики Беларусь от 04.01.2019 № 4 // Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 09.01.2019, 1/18113.

2 Договор о Евразийском экономическом союзе (вместе с Приложениями 1–33) (ред. от 11.04.2017, с изм. от 15.03.2018) (с изм. и доп., вступившими в силу с 12.08.2017) // Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 24.10.2014, 3/3050.

3 О признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений (Заключена в г. Нью-Йорке 10.06.1958): Конвенция Организации Объединенных Наций // Бюллетень нормативно-правовой информации, № 5, 1996 (электронный ресурс).

4 Европейская конвенция о внешнеторговом арбитраже // Конвенция ратифицирована Указом Президиума Верховного Совета Республики Беларусь от 09.09.1963 // Собрание законов, указов Президиума Верховного Совета Белорусской ССР, постановлений и распоряжений Совета Министров Белорусской ССР, 1963, № 28, ст. 289.

5 Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации: Федеральный закон от 29.12.2015 № 382-ФЗ (ред. от 25.12.2018) // Собрание законодательства РФ, 31.12.2018, № 53 (часть I), ст. 8411.

6 Жилина М. 1 сентября – в третейский суд по новым правилам // Информационно-аналитический журнал «Арбитражные споры». 2016. № 3. С. 143–154.

7 Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24.07.2002 № 95-ФЗ (ред. от 01.05.2016) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.06.2016) // Собрание законодательства РФ, 07.03.2016, № 10, ст. 1321.

8 Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 № 138-ФЗ (ред. от 02.03.2016) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.09.2016) // Собрание законодательства РФ, 04.01.2016, № 1 (часть I), ст. 29.

9 Панов А. А., Калинин М. С. Российская арбитражная реформа: два года спустя. Анализ вопросов, поставленных в судебной практике // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. 2018. № 9. С. 66–90.

10 О международном коммерческом арбитраже: Закон РФ от 07.07.1993 № 5338-1 (ред. от 25.12.2018) // Собрание законодательства РФ, 31.12.2018, № 53 (часть I), ст. 8411.

11 О физической культуре и спорте в Российской Федерации: Федеральный закон от 04.12.2007 № 329-ФЗ (ред. от 27.12.2018) // Собрание законодательства РФ, 31.12.2018, № 53 (часть I), ст. 8490.

12 Об арбитраже: Закон Республики Казахстан от 8 апреля 2016 года № 488-V ЗРК // Ведомости Парламента РК 2016 г., № 7-II, ст. 54.

13 См. О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам усиления защиты права собственности, арбитража, оптимизации судебной нагрузки и дальнейшей гуманизации уголовного законодательства: Закон Республики Казахстан от 21 января 2019 года № 217-VI ЗРК. Эталонный контрольный банк НПА РК в электронном виде, 24.01.2019 г.

14 О третейских судах: Закон Республики Беларусь от 18.07.2011 № 301-З (ред. от 24.10.2016) // Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 15.11.2016, 2/2437.

15 Реестр третейских судей и постоянно действующих третейских судов // Режим доступа: https://minjust.gov.by/directions/compare_coverage/registry_arbitrators/. – Дата доступа: 18.03.2019.

16 Решение Третейского суда филиал общество с дополнительной ответственностью «Первая юридическая компания» от 19.05.2016 (дело № 72-04/2016)) // КонсультантПлюс 2016 (электронный вариант).

17 Решение третейского суда при общественном объединении «Минский столичный союз предпринимателей и работодателей» от 09.01.2018 (дело № 06-2017)) // КонсультантПлюс 2017 (электронный вариант).

18 Постановление судебной коллегии по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь от 03.10.2017 (дело № 2-2Их/2017/1285К) // КонсультантПлюс 2017 (электронный вариант).

19 Определение экономического суда города Минска от 15.11.2017 (дело № 19-31их/2017) // КонсультантПлюс 2017 (электронный вариант).

20 Решение спортивного третейского суда при ОО «Белорусский республиканский союз юристов» от 06.08.2018 (дело № 1/2018) // КонсультантПлюс 2018 (электронный вариант).

21 Кулаковский С. Л., Вабищевич Н. В. Возможен ли поворот исполнения решения арбитражного (третейского) суда // КонсультантПлюс 2018 (электронный вариант).

22 Клиндухов А. О. Условия и порядок обращения в суд с заявлением об отмене решения третейского суда // КонсультантПлюс 2016 (электронный вариант).

23 Бородуля В. А. Обзор и анализ некоторых отмененных решений третейских судов. Проблемы взаимодействия третейских и государственных судов // КонсультантПлюс 2016 (электронный вариант).

24 Каменков В. С. Рекомендации по заключению международных инвестиционных договоров и третейскому разбирательству // КонсультантПлюс 2017 (электронный вариант).

25 О медиации: Закон Республики Беларусь от 12.07.2013 № 58-З (ред. от 05.01.2016) // Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 14.01.2016, 2/2353.


Пожалуйста, поверните свое устройство в горизонтальное положение.
Заказать
звонок